Онлайн книга «Эпоха Опустошителя. Том VII»
|
« Прости меня, Ранкар…» Малышка, ты чего? — переполошился я, пытаясь её подбодрить . — Тебе не за что просить прощения. «Мой разоритель… я прошу прощения не за то, что было, а за то, что будет, — сдавлено стала говорить Альяна отрывистым тоном. — Ты… ты не мог отдать мне останки моей сестры?» В душе нечто ухнуло в самую бездну, а протест почуял неладное. Красотка, почему я чувствую подвох? «Прости меня, Ранкар, я… я должна служить тебе, но, пожалуйста, удовлетвори мою просьбу, — чуть не плача завила спата. — Как только я закончу оплакивать сестру, то я… собираюсь нарушить все мыслимое и немыслимые заветы Древних. Я… уничтожу тех, кто истязал крошку Разруху на протяжении веков. Я сотру их в пыль! — вместе с плачем и слезами в её тоне пробудилась и гнев со злобой. — Я убью их всех! Убью за то, что они сделали с моей сестрой! За то, что они сделали с другими моими сёстрами…» Впервые в жизни я испугался за свою подругу по-настоящему, а в горле образовался мерзкий ком. О каких заветах ты говоришь? И как именно ты собираешься их нарушить? На миг воцарилась гробовая тишина, а едва уловимый голосок спаты изумил до глубины души. «Я поглощу… останки крошки Разрухи. Поглощу то, что осталось от моей сестры, — почти что навзрыд завыла Руна, а слова стали путанными. — Я солью сталь Древних. Я солью сталь Истребления и сталь Разрушения. Я стану клятвопреступницей и истреблю тех, кто лишил меня моих сестёр…» Глава 18 Тысячелетняя ложь… Клятвопреступница? Нет! Что-то не так… Она что-то не договаривает. В глубинах внутреннего мира я очутился за мельчайшую долю мгновений. Благодаря Альяне это место давным-давно стало напоминать ночную лужайку с безоблачным звездным небом, а также сотней тёмно-фиолетовых распустившихся орхидей и лилий. Вот только сейчас вся иллюзия в прямом смысле трещала по швам. Виновница же происходящего сидела у главенствующей колонны и уткнув головку в колени, тихо рыдала. Силуэт Альяны в прямом смысле стал будто бы меньше и расплывался на глазах. Я никогда не мог стойко наблюдать за тем, когда плачут женщины. Да и смирением излишним не славился. Однако прямо сейчас эти черты моего скверного характера дали трещину, как и иллюзии внутреннего мира, а в душе пробудилось доселе невиданная горечь и тоска. Гибель Руны Разрушения я принял как часть бытия. Моя жизнь в целом пошла наперекосяк после рождения, а уповать на судьбу вечно нельзя. В конце концов умрёт и обратится прахом всё, что ты знаешь. Всех, кого хоть маломальски любил и уважал. У кого-то таких людей много, а вот у меня единицы. И Альяна находится во главе таких существ. Единственное до чего смог додуматься разум в такой момент — это приблизиться к призрачному комку создания Древних и со всей нежностью на какую был способен, мягко приподнять девушку на руки и умостившись на её место, я аккуратно прижал содрогающееся эфемерное тельце к себе. От стойкой и грозной Руны Истребления не осталось и следа, а из-за моих манипуляций Альяна отчего-то зарыдала еще сильнее и, прикрыв слегка веки, я стал ждать. — Прости меня, Ранкар… Прости… — Тише… Тише, малышка, — с любовью прошептал я, то и дело наблюдая за собственными мерно пульсирующими источниками во внутреннем мире. — Рано или поздно, но все они сдохнут. И плевать, что будет дальше. Я помогу. Обещаю тебе. На долгую жизнь я никогда не рассчитывал со своим норовом и проклятым наследием. Так что битва с оберегами вполне по мне. |