Книга Эпоха Опустошителя. Том VI, страница 162 – Вел Павлов

Улыбка дочери Данакта после увиденного напоминала блеск бриллианта и склонившись над ухом не менее довольного созвездия дома Аванон, она совсем тихо прошептала.

— Он мой, Сиана. Он принадлежит мне. Это моя шахматная фигура.

— Фигура ли он, Кайса? — расплылась в обворожительной усмешке феникс, не сводя глаз с проекции. — Я вот так не думаю…

— Посмеешь перейти мне дорогу, курица, и я за себя не ручаюсь, — угрожающе улыбнулась горгона со всем радушием.

— А он целовал тебе когда-нибудь руку, гадина ползучая? — ликующе фыркнула девица, начиная заходить с козырей.

— Считаешь, это хоть что-то значит для меня?

— Главное, что это кое-что значит для меня, — не осталась в долгу феникс.

— Зачем он тебе? — холодно вопросила Кайса, не понимая мотивов соперницы. — Зачем тебе бывший смертник и бывший простолюдин? Ты не дура, Сиана, и прекрасно осознаешь мою задумку. Но для чего он понадобился тебе?

— Интерес, гадина, — тихо рассмеялась созвездие. — Обычный интерес. Говорю же тебе, что я знаю о нем то, о чем не знают другие. И я хочу увидеть, чем это может закончиться.

— Что ты знаешь о нём, чего я не знаю? — раздражено прошипела дочь Данакта.

— Всему своё время, Кайса, — самодовольно заключила девушка. — Всему своё время…

Подпространство прямо сейчас содрогалось от столкновения трёх различных стихий и эссенций, а когда битва перевалила через экватор, всем стало ясно чем закончится оценка.

На арене ныне сражался не боец. На арене находился чудовищный зверь, выбравшийся из недр Геенны Огненной. Монстр, который не оставил ни единого шанса своим противникам.

Первый безупречный выбыл в течение трёх секунд после начала боя.

Второй перестал двигаться по истечению сорока.

Третий же оппонент залил своей кровью ристалище, когда отсчет перевалил за восьмидесятую секунду.

Через полторы минуты на арене остался стоять окровавленный черно-багровый силуэт Хаззакского демона. Не успел свет переместительной вспышки полностью охватить тело воспитанника Изувера, как раздались аплодисменты и прогремел довольный хохот.

Хохот и аплодисменты принадлежали Дракону Ксанта. Видят Небеса, на памяти Кайсы отец впервые за несколько лет смеялся так часто.

— Ты чудотворец, мой друг. Чудотворец! — хлопая Хаззака по плечам, продолжал довольно надрываться Данакт. — Малец просто нечто. Давно я не видел столь отменных саженцев. Имания, ты тоже невероятна! Не сомневаюсь, что ты приложила руку к его воспитанию. Я не зря явился в Аронтир.

Однако в самый последний момент мужчина одарил мимолётной и благосклонной улыбкой свою дочь Кайсу и это еще больше озадачило девушку.

Правда, всё случившееся ранее оказались лишь затишьем перед бурей, а последующие слова изрядно ошеломили собравшихся. Внезапно раздался тихий бас Леонела Иана, который секунду назад закончил беседовать с сыном.

— Данакт, отпустишь парня в Ианмит? Даю тебе свою клятву, что верну его в целости и сохранности!

Но более всех озадачил рокочущий баритон Хаймона Аванона.

— Данакт, мой друг, ты же не откажешь мне в маленькой просьбе?..

Довести дружеское прошение Несокрушимый Бастион не успел, у всех на глазах из пространственной арки вышагнул окровавленный силуэт, следом позади него материализовались едва живые инструктора, к которым бросились управители, но черноволосый как ни в чем не бывало медленно начал спускаться по ступеням твердым шагом.