Книга Эпоха Опустошителя. Том XII — Часть III, страница 86 – Вел Павлов

— Слишком шумно и тесно. Для начала необходимо очистить поле последней битвы…

— ОТОМСТИМ ЗА УБИТЫХ! — в один голос завопил Гор и Анубис. — УНИЧТОЖЬТЕ ИНОМИРЦЕВ И ДЕМОНОВ! В БОЙ! В БОЙ, ВОИНЫ-ЗАЩИТНИКИ АЛЬБАРРЫ! В БОЙ ОТМЕЧЕННЫЕ…

На крики оберегов императрице стало плевать, потому как именно Аббадон занял всё её внимание. Слишком часто кандидат судьи Пламени видела таких тварей и слишком часто вступала с ними в бой. Однако отвлекшись, она почувствовала неладное раньше, чем смогла увидеть.

Не вспышку.

Не взрыв.

Что-то иное.

Что-то, что она уже видела ранее.

По спине пробежал ледяной холод, а первозданное Алое Пламя, веками спокойно струившееся по её жилам, впервые за долгое время забурлило, как умалишенное. Стихия пыталась предупредить хозяйку об опасности.

Императрица опустила голову вниз, а после резко подняла её вверх.

И опоздала.

Пространство треснуло и Внутренние Земли пошатнулись. Тонкая кровавая линия за спиной Аббадона за долю мгновения превратилась в исполинский разлом, из которого наружу хлынуло нечто, напоминающее одновременно кровь, пламя и живую тьму. Оно не взрывалось. Не распространялось ударной волной. Оно росло и уничтожало всё на своём пути.

Жадно.

Ненасытно.

Будто тысячи алых корней одновременно вгрызались в само пространство.

— Великие Искры! Не может быть! Это же…

Она не успела договорить.

Кроваво-огненный поток ударил по Арене Соприкосновения и стёр её существование с лица Вечного Ристалища.

Крики исчезли. Вопли стихли. Вой растворился. Смерть поглотила миллионы жизней. Миллионы разумных были уничтожены за одно мгновение. Камень плавился, остатки защитных барьеров рушились, а сама кровь погибших, вместо того чтобы пролиться на землю, устремилась обратно к алому пламени, будто становилась его частью.

— НЕ ПОЗВОЛЮ!

Голос императрицы прогремел набатом, но её возглас погас в пучине враждебной силы. Катастрофа распространялась быстрее любой мысли. Слева обрушилась исполинская башня, похоронив под собой целые кварталы лож. Справа огненные смерчи стирали грань между небом и землей и рвались куда-то ввысь. Пространство разрывалось десятками новых трещин, из которых вырывались кровавые языки, пожирая всё живое на своём пути.

Императрица вскинула обе руки, намереваясь призвать свои способности для защиты и принять родной для себя облик, но внезапно она замерла, как громом поражённая, ведь услышала голос отца.

Не вмешивайся, Иссария. Не выдавай себя. Твоя задача — регент Аархеи. Дождись, когда себя явит исчадие, что породило лакея. Уничтожь кровавую порчу и отыщи тропу, по которой он явился в этот мир. Ближайшие кандидаты прибудут так скоро, как только смогут. И не забывай о своей первостепенной цели — Опустошитель.

— Да, отец. Разумеется, — вслух пробормотала с трепетом императрица, припав резко на колено. — Как прикажете.

Слова судьи не подлежали обсуждению. Слова судьи — незыблемый закон.

Императрица понимала, почему всё было именно так. Наверное, лишь Великие Искры знали, сколько раз она видывала подобные бедственные катаклизмы. Но привыкнуть к такой катастрофе попросту невозможно. С колен девушка поднялась так же быстро, как на них и очутилась. Однако почти сразу она ощутила лёгкость на руке и ноге. Вновь опустив глаза, она осознала, что Хёса исчезла.