Онлайн книга «Эпоха Опустошителя. Том XII — Часть III»
|
Глава 27 Опустошитель против Опустошителя… НЕТ! НЕТ! НЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕТ!!! Покой. Свобода. Умиротворение. За двадцать шесть лет я так и не сумел понять смысла данных слов. Не потому, что не хотел, а потому как не мог. Но сейчас… сейчас я впервые умудрился их прочувствовать. Да, именно прочувствовать. Я ощутил то самое спокойствие. Спокойствие, о котором так много любят разглагольствовать люди. Стал ли я сам после такого человеком? Наверное, нет. Но свои последние мгновения я прожил, будучи обыкновенным смертным, а не Опустошителем миров. Не тёмной тварью. Не обезумевшим чудовищем. И не монстром. А просто-напросто… обычным человеком. НЕЕЕЕЕЕЕЕ ЕЕЕЕЕЕЕЕТ… Озлобленно-громогласный вопль Опустошителя походил на убаюкивающую симфонию перед сном. Умирать и слушать, как беснуется эта ненасытная тварь было сродни настоящему чуду. Наверное, уже по этой причине на ту сторону я уходил с удовлетворённой и малость печальной улыбкой на губах. Победа. В нашей с ним войне, которая затянулась на долгие двадцать шесть лет, победа всё-таки осталась за мной. Влад Верейский сумел. Ранкар Безродный смог. Ваерс Пустой справился. НЕЕЕЕЕЕЕЕ ЕЕЕЕЕЕЕЕТ… Сердце окончательно перестало биться. Успокаивающий чернильный мрак, под затихающий вой Опустошителя миров, полностью окутал разум, а затем наступила та самая освобождающая смерть. Оковы рухнули… * * * Смерть оказалась не такой уж и страшной. Я не помню, сколько плавал во мраке. Я не помню, сколько времени миновало. Я не понимал, где нахожусь. Я даже не видел собственного тела. Просто сгусток чего-то в беспросветной мгле. Сгусток чего-то, что хотел находиться в этом месте вечно. Правда, кое-что всё-таки удивило — я по-прежнему мыслил. Тот, кто должен был умереть, мыслил. Однако мыслил я с единственным исключением — потусторонний голос исчез. Неутихающий шёпот Опустошителя пропал. И я впервые смог осознать, каково это остаться наедине с собственным разумом. Отныне мои мысли. Мои действия. Мои желания. Всё это было лишь моё. Не чужое. Не навеянное чьим-то мерзким шёпотом. Не навеянное одержимостью Опустошителя. Мои мысли являлись только моими. Невозможно передать словами эту радость. Невозможно передать весь спектр эмоций. Жаль лишь, что ощутил я это после смерти, а не при жизни. — Смерть… — Смерть… — Смерть… Чернильная тьма внезапно сгустилась, а тихое эхо вновь зазвучало: — Жизнь… — Жизнь… — Жизнь… Одним нутром я ощутил, как мрак стал ещё гуще, а затем из ниоткуда начали раздаваться голоса. Голоса тех, кого я не единожды слышал, будучи живым. Голоса тех, о ком я думал прежде, чем совершить самоубийство. — Сын… —спокойный баритон хранителя Земли. — Сынок… —печальный шёпот Бездны. — Мой разоритель… — радостный смех Истры. — Брат… —оклик Матвея. — Племянник… — весёлый хохот Ас-Нная. — Влад… —это, кажется, была Прасковья. — Ранкар… —чуть хриплый голос Фьётры я узнал сразу. — Ваерс… —как и приказный тон Искриды. Они повторялись. — СЫН! Из раза в раз. — СЫНОК! Снова. — МОЙ РАЗОРИТЕЛЬ! Снова. — БРАТ! И снова. — ПЛЕМЯННИК! Вновь. — ВЛАД! Вновь. — РАНКАР! И вновь. — ВАЕРС! Крики мешали находиться во тьме. Они препятствовали долгожданному спокойствию. Они нервировали и напрягали. Они не давали навечно остаться в столь прекрасном месте. Они стояли на пути у моей свободы. |