Книга Новая фантастика 2024. Антология № 8, страница 121 – Василий Головачев, Милена Завойчинская, Екатерина Пронина, и др.

— Старого колдуна больше нет, – отрезал Медвежья Лапа. Чужого звать – беды не оберешься. Пусть парень себя покажет. – Ага, – подтвердил старый Секач, жуя мясо, – вот как сгинет, тогда и думать начнем, что делать дальше.

Несколько раз сглотнув, чтоб смочить слюной пересохший рот, ученик колдуна спросил:

— Ворота в те ночи запирали?

Ракита презрительно пожал плечами и сплюнул.

— Как всегда, – ответил Медвежья Лапа.

Сырбушка совсем растерялся под тяжкими взглядами и, не зная, что бы еще спросить, сказал:

— Я похожу тут пока, посмотрю.

— Как знаешь.

Они продолжили трапезу, а Сырбушка пошел мимо глинобитных хижин под тростниковыми крышами. Сельчане старательно делали вид, что не узнают его и даже не видят вовсе.

Поселок ничуть не изменился. Побродив без пользы, Сырбушка вышел на площадку, где женщины красили шерсть.

Он сразу узнал Козу. Длинноногая девчонка в старой рубашонке, которую не жаль надеть для грязной работы, вынимала из жбана пасму и вешала на сушильную жердь. Потом сказала что-то раздобревшей за три года Лосихе и направилась в промежуток между хижинами.

Сырбушка мигом подскочил туда и заступил дорогу.

— Коза!

Захваченная врасплох, та не сразу сообразила, что перед ней колдун, разговаривать с которым не положено.

— Сырбушка! – Девушка расцвела улыбкой и тут же прижала к губам алую от краски руку. Стало похоже, будто Коза пила кровь. Сырбушка засмотрелся и забыл, что хотел спросить.

За время разлуки подружка вытянулась и стала очень красивой. Волосы надо лбом в цветных брызгах были заплетены в косички, толщиной в стебель кувшинки, и украшены снизкой речного жемчуга. Значит, Коза уже прошла обряд наречения, стала взрослой, и ее можно брать в жены.

Девушка стрельнула глазами по сторонам и, убедившись, что никто их не видит, сказала застенчиво и лукаво, прикрывшись ладошкой:

— Я теперь не Коза. Я – Стая Маленьких Рыбок.

Новое прозвище шло ей.

«Интересно, имя также подходит?» – ревниво подумал Сырбушка. Обидно, что он никогда не узнает имени подружки, с которой они в детстве излазили всю округу и стали ближе брата с сестрой – ведь настоящее имя человека скрыто под прозвищами, как ядро ореха под шелухой, и часто даже мать не знает, как по-настоящему зовут взрослую дочь. Да и вообще, их с Козой жизни теперь побежали по разным дорожкам. Интересно, есть ли у нее дружок? Наверняка ведь она такая красивая…

По быстрым взглядам Стаи Маленьких Рыбок, Сырбушка понял, что ей тоже хочется о многом спросить. Но – увы! они теперь взрослые и должны подчиняться правилам.

— Кто из девчат пропал? – перешел к делу Сырбушка.

— Танцующая Бабочка. Ну, Свинка – ты же ее помнишь?

— Уй! Жалко, хорошая девчонка.

— Ага! – Стая Маленьких Рыбок шмыгнула носом и вытерла глаз о плечо, чтоб не измазаться краской. – И Метелка, Бобрихина дочка, на другую луну. Она теперь Весенний Ветерок. Была бы.

— Вы вместе прошли Наречение?

— Да.

— Как они пропали?

— Никак. Вечером легли спать, а утром постели пустые. Вначале Бабочка, потом – Ветерок. И следов не осталось. И никто не видел. Искали, искали их по всей округе – будто никогда их и не бывало.

— Ворота запирали?

— Как всегда, на три жердины.

— И ограда цела?

— А то!

— Ты боишься?

— Теперь уже не очень. Нас на ночь соберут в Большом доме, старухи будут охранять внутри, обережные песни петь, а мужчины – снаружи. Костры зажгут. Еще мы возьмемся за руки. Если исчезнем, то все разом.