Книга Ветвь Корреа. Изменяющие реальность, страница 49 – Герман Рыльский

Роза очутилась в мрачноватом лесу, её окружали гигантские деревья с голыми ветвями и замшелые, припорошенные снегом валуны. Из-под слежавшегося снега торчали коричневые травинки. Издали всё казалось более-менее правдоподобным, но, если подойти вплотную к дереву, всмотреться в морщинистую кору, не составляло труда разглядеть пиксели. Карканье ворон, доносившееся из крон, было зациклено, а все эм-пи-си, которых могла встретить Роза, отличались примитивностью. Они действовали предсказуемо, двигались по заданному маршруту и говорили шаблонными фразами. Первая версия «Юдоли Искателей» никак не тянула на адекватную замену реального мира, несмотря на условную зиму, Розалинда не чувствовала холода, и её выдохи даже не сопровождались облачками пара. Но девушка знала, что со временем всё изменится и виртуальный мир даст фору реальному. Она подняла руку, чтобы открыть инвентарь, и только сейчас сообразила, что её левая и правая руки поменялись местами, и ладони смотрели наружу.

— Зашибись, – пробормотала Роза, разглядывая собственные конечности. Она понятия не имела, как перезагрузить аватар, чтобы они встали на место.

Это был глюк программы. Сейчас игра проходила этап тестирования, который затянется на много лет. Прежде чем начать рекламировать «Юдоль», налаживать производство и продажу нейрошлемов, разработчики будут долго исправлять подобные ошибки. Дело пойдёт быстрее, когда они начнут активно использовать Нейросеть. В итоге подписка на игру откроется лишь в 2033 году, хотя по факту «Юдоль Искателей» была запущена в двадцать шестом. Сейчас доступ к ней имела лишь команда тестировщиков, и они бы, наверное, очень удивились, встретив здесь кого-то постороннего.

Неловко действуя левой рукой, приставленной к правому плечу, Роза с третьей попытки сумела открыть инвентарь и вытащить оттуда небольшой, ничем не примечательный компас. Как и любая вещь в инвентаре, он, по сути, являлся кодом, небольшой компьютерной программой, которая воспринималась игроком в виде физического предмета. Эту хакерскую программу написал Братин, и она указывала путь к Темпоральному лифту. Девушка сверилась с красной стрелкой, закрыла инвентарь и двинулась через заснеженный лес.

Не разбираясь в компьютерной технике, физиологии и биохимии мозга, Розалинда всё же могла объяснить, что такое виртуальная реальность и чем она отличается от физического мира. Также она могла осознать общие принципы работы Темпорального лифта и законы путешествий во времени. Но кое-что оставалось совершенно недоступным пониманию Розалинды. Не имели ответа на этот вопрос и остальные члены Ветви Корреа, кроме, разумеется, Братина.

Покидая виртуальный мир в заданной точке пространства-времени, корректировщики реальности обретали плотные физические тела, которые выглядели как настоящие. Мало того, и цифровой аватар, в котором Роза гуляла по «Марьину Острову», и её бренная, подаренная природой оболочка чувствовали объективную реальность одинаково. Трансформируясь в Homo Digital, она могла есть, пить и, возможно, даже заниматься сексом (Розалинда не проверяла, но судя по ощущениям, такая возможность была доступна). Её физическое вместилище находилось в Питере семьдесят пятого года, связанное с цифровым аватаром при помощи нейрошлема и Темпорального лифта. Перемещаясь по шкале времени, члены Ветви находились одновременно в прошлом и будущем, но с этим парадоксом Роза как раз могла смириться. А вот что именно представлял собой аватар, покидающий игру, девушка понять не могла. С одинаковой вероятностью он мог формироваться из электрических импульсов, концентрированного света, пыльцы фей или какашек единорога.