Книга Закон Хильми, страница 52 – Антон Федотов

— Дальше. — Вслух попросил он.

— А что дальше? Даже при очень хорошем адвокате несколько лет он тебя не побеспокоит. Железно. Все его дружки и "боссы" стараются держаться от него подальше. Этот ваш… а, ладно, в общем, парень он уже оказалось совершеннолетний, так что впаяют ему по полной. Тебе ничего не угрожает. — Ответил Барракуда. — Живи спокойно.

— Ясно. — Задумчиво протянул Александр. Совершеннолетний значит… Сколько же раз он на второй год оставался?

— Счастливо, в общем, у меня еще дела. — Раков, не дожидаясь ответа, повесил трубку.

Уже через пару часов Кротов смотрел выпуск новостей, где молодая ведущая старательно расписывала доблесть правоохранителей, повязавших опасного преступника скрывавшего, нарушавшего, употреблявшего, распространявшего и прочее, прочее, прочее.

Если человек долгое время занимается каким-нибудь делом, то у него вырабатывается особое чутье, профессиональный нюх. Любой желающий стать действительно хорошим специалистом в своем деле, это чутье в себе холит и лелеет. Крепкие же профессионалы, не важно, в какой области, ему просто безоговорочно доверяют. Повар, например, под воздействием порыва, может сыпануть в блюдо соли вместо сахара, изобретя тем самым новое яство, которое будет долгое время предметом поклонения местной богемы, пока кто-нибудь умный, или, что чаще, хитрый, не раскроет не такой уж и сложный секрет. Тогда блюдо станет доступно всем. Ну а до того времени будет исправно наполнять карман мастера, просто доверившегося своим ощущениям. Конечно, чутье не гарантирует постоянных успехов и вечного приятного шелеста зеленых бумажек в кармане. Но тот же повар все равно будет прислушиваться к своему внутреннему голосу, даже при таких житейских обстоятельствах, как отмерка количества кофе в свою собственную кружку. Просто потому, что привык. Пусть даже сам он не в полной мере это осознает.

Александр своему чутью верил. Оно не раз позволяло выбираться ему живым из таких переделок, что кое-кто даже потихоньку называл его заговоренным. Во всяком случае, в те моменты, когда он выбирался целым и относительно невредимым из очередной передряги, он благодарил небо не за свои рефлексы и тренированную реакцию, именно за то неуловимое чутье, в очередной раз спасшее ему жизнь, и, конечно, за удачу, так как считал, что это две стороны одной и той же сущности. Себя, считал он, слишком хвалить не стоит. Запросто можно загордиться, и перестать адекватно оценивать реальность. А это очень скользкая дорожка, в чем уже убедилось немалое количество людей.

Последнее время на душе Александра было неспокойно. С одной стороны, все шло по плану. Вокруг тишь да гладь такая, что впору забыть не только о какой-то там группе Штопорова, но и самой вероятности. Единственное, что поддерживало его в постоянной готовности, и давало сил жить дальше, это воспоминание о Кристине. С другой стороны, что-то в последнее время "жмет моторчик", волнуется.

Не смотря на то, что к своим ощущениям Кротов относился очень серьезно, волноваться о том, что ему в данный момент не угрожает, он не привык. В такие моменты Александр предпочитал действовать, не дожидаясь, пока неприятности превратятся в действительно насущные проблемы. Раз за разом он мысленно анализировал создавшееся положение, но непринятых сюрпризов пока не обнаруживал. Однако давящие ощущения не проходили.