Книга Сын маминой подруги, страница 47 – Антон Федотов

Насмешливо глянул на вспетушившегося наркошу. Тот остатками инстинктов вполне верно оценил свои шансы и примирительно залопотал:

— Да... Бывает. Ну, в смысле, эта. Ну, иногда! - Слегка путанно залепетал он.

Руки наркоши-барыги тряслись все сильнее. Вздыхаю, так как работать будет неприятно.

— Это... - Поторопился откреститься он. - Только нет у меня щас. Ни товара, ни денег.

Покивал. Вижу, мол.

— Давай быстрее! - Потребовал Шило, практически теряя человеческий вид.

Вздохнув, достаю из пакета фото и кладу их на единственную относительно чистую табуретку. Сейчас мне понадобятся свободные руки.

— Соврал я, - пожимаю плечами. - Нету у меня наркоты. Но ты мне сейчас... Оп!

Наркоша решил продемонстрировать, почему его зовут Шилом, ткнув в меня заточенным штырем. Кстати, пусть и не профессионально, но довольно толково. Будь бы моя подготовка чуть хуже, получил бы кусок стали в печень.

А так... Хозяин квартиры отделался переломом руки. Хотя боли он практически не почувствовал, тупо уставившись на вывернутую под неестественным углом.

— Ты... Зачем это?... Как?!! - Лепетал он.

"Что ж, значит так!", - решил я.

Не люблю работать с наркоманами. У них болевые ощущения "забиваются" то ломкой, то дурманом. Сложные клиенты они.

А с другой стороны, меня и этому учили. Тут ведь что самое главное? Чтобы "нынешние ощущения" перебили все остальное. Разве не справится практик внутренней работы с такой задачей?

Естественно, справился. Примерно за полчаса.

* * *

— Смиррррна, на! - Рявкнул я тоном десантного генерала, распахивая стальную дверь.

Двое сержантиков буквально подпрыгнули от такого напора. А ведь еще секунду назад грозными голосами требовали пустить их, молотя в стальную дверь почем зря.

— ОКЖ. - Определил я свою ведомственную принадлежность, помахав корочками перед опешившими лицами.

Представляться не стал. Много чести! Да еще и пальцами прикрыл графы с именем.

— Сержант Георгиев! - Представился "старший".

Можно было бы, конечно, и накат устроить. Документы не предъявил, честь не отдал... Но зачем? Мне было по фиг.

— Нас вызвали. - Как-то совсем стушевался он. - Соседи сообщили, что тут убивают кого-то...

За спинами патрульных действительно суетился какой-то прилизанный мужичок. Вот уж кто был действительно похож на маньяка! А еще он вовсю наслаждался ситуацией. Даже в брючки с рубашечкой приоделся. Неглаженные. Однако явно по этому самому случаю.

— Невнимательны вы, гражданин...

— Корефайкин, Владимир Сергеевич! - Тут же включился "маньяк", прямо таки лучась готовностью услужить органом.

— Так вот, Владимир Сергеевич, - спокойно закончил я. - Никого там не убивали...

— Понял, понял! - Зачастил тот. - Мы к жандармам завсегда!..

— ... Там пытали. - Закончил я свою мысль.

Лица сержантов посуровели, а "крысеныш" от таких новостей едва не кончил, расцветая в блаженной улыбке.

— Кто пытал? - Еще даже не "сломавшимся" голосом уточнил второй, так и не представившийся полицейский.

— Я. - Честно признался, мне скрывать нечего. - Тело на кухне. Еще дышит. В спальне какая-то девочка. Под кайфом. Вроде прилично выглядит. Жива. Ей бы помощь.

— Все? - Немного смущенно уточнил Георгиев.

— Все! - Даже слегка удивленно подтверждаю я. - А что ты хотел? Огненные письмена на небе?