Книга Ну, привет, медведь!, страница 97 – Антон Федотов

Еще один кивок подтвердил, что защитник все понял.

— А, лучше, знаешь что… Запри-ка ты его под домашний арест до нашего выезда.

Однако тут старик лишь головой покачал.

— Никак нельзя, — уверенно заявил он. — Завтра с утра просители пойдут, могут слухи пойти нехорошие… А репутация — она девка такая. Сами знаете!

Владимир задумался. Но лишь на миг.

— Делай как знаешь, — решил он. — Мероприятия на тебе. Никакой возможности связаться с остальным родом у него быть не должно. Это приказ. Мы с вами так же переходим на нелегальное положение. Так что твоих бойцов это тоже касается.

Тарас Васильевич примелькавшимся уже движением огладил бороду, да и заявил:

— Понял, сделаем.

Молодой человек только кивнул и прошел в дом. Хозяин, заявив свои права, вновь «залег в берлогу» где-то в глубине души парня. Начался легкий откат. Накатила слабость. А потому парень не услышал, как старый защитник прошептал со смешком:

— Ох, Володька!

* * *

Вечер они встретили на одной из квартир, принадлежащих роду.

Места всем в тесной двушке не хватило, но с учетом двух парных постов — вроде как разместились. Олег даже организовал питание из ближайшего ресторана. А с чаем они разобрались и сами. Так что все были сыты и довольны.

Кроме Анечки.

Не понравилось, видите ли, прекраснодушной девочке обращение с Гудковым. Про то, что она и сама рукоприкладством не брезговала для вразумлении «еще того» Буровина, она в этот миг позабыла.

Владимир, кстати, очень надеялся, что защитнице ума промолчать хватит.

Не сложилось.

— Зачем⁈ — резко выдохнула она в какой-то момент. — Так нельзя!

Буровин пожал плечами. Ему было все равно. Честно говоря, он ожидал, что с Гудковым случатся куда более неприятные вещи после полноценного аудита. Если не сбежит, конечно. Хотя куда бы? Да и шарик земной имеет свойство становится очень даже тесным и маленьким, если за тебя взялись всерьез.

А искать его будут обязательно. Нельзя, чтобы у кого-то возникла хотя бы и тень мыслишки, что подобное можно провернуть с родом Великого Медведя.

— Знаешь, Аня, — серьезно ответил Буровин. — У ханьцев была когда-то славная традиция. Если чиновник проворовался, то из него делали чучело и сажали в кабинете, чтобы его сменщик всегда помнил, что его ждет за двурушничество.

Девушка сглотнула. Кажется, фантазией она обладала богатой. Не самая лучшая черта при ее профессии.

— Представь себе, не помогало, — развел руками парень. — Видимо, это в природе человека. Некоторые без этого не могут.

Дед Тарас одобрительно кивнул и сделал еще один шумный глоток из чашки.

— Тогда… зачем? — зло выдохнула черновласка.

— Воровать будут всегда, — констатировал молодой человек. — Но пусть хотя бы боятся!

— Так надо найти того, кто не ворует! — вскипела та вновь.

— Зачем, — искренне удивился, Влад, одним махом ополовинивая свою чашку. — Да я первым уволю управленца, который к своей выгоде ничего не придумает! Нет, случаи бывают, конечно! Однако чаще всего прекраснодушные люди со «светлыми лицами» либо начинают воровать еще пуще, стоит им прибиться к кормушки, либо страдают полной деятельной импотенцией.

Это девушку озадачило. Она даже забыла, что очень-очень злится на этого «несносного мальчишку».

— Но… тогда?

— Надо знать меру и приносить больше пользы, чем вреда, — наставительно поднял палец Буровин. — Однако кое-кто иногда зарывается. И тогда…