Книга Магия калибра 7.62. Том 3, страница 13 – Антон Федотов

— Да ты не волнуйся, — решил успокоить я его. — Мы — команда дружная. Все вместе тебя и поддержим.

По беседке пронесся какой-то удивительно слаженный звук, очень напоминающие обычный «Ой!».

Все как-то недобро посмотрели на Секача, желая ему скорейшего, а лучше немедленного выздоровления. «Спортивного праздника» не хотелось никому. Особенно в компании со мной. Ведь тогда зачет будет вестись по моим результатам.

— Уйду я от вас! — Схватил брательник чашку с чаем, делая вид, что вот-вот сейчас нас всех покинет.

— Злые вы. — Закончил я за него, широко ухмыляясь.

Тот и не думал возражать:

— Конечно. Злые.

— Так и ты переходи на сторону зла, — предложил я. — У нас есть печеньки.

— Где? — С сомнением спросил Секач, уставившись на меня.

— Вот стоят! — Заявили сразу же несколько человек, указывая пальцами на приличное такое блюдо в центре стола.

— Я остаюсь! — Тут же сориентировался братец.

— Кажется, кто-то совсем нюх потерял, — заявил я. — Ему стоит срочно прозреть!

— А, нет, ухожу. — Как-то снова засуетился Лешка.

Пришлось обломать:

— Поздно, доктор с диагнозом уже определился. Осталось лишь подобрать оптимальное лечение.

Кажется, парень окончательно решил, что врач из меня так себе. Был бы хирургом, должность бы точно через «е» на бейджике писали. А потому во все горло завопил:

— Неееет!

Судя по чистоте и силе идущего от самого сердца звука, жить будет!

Однако требовалось немедленно закрепить результат:

— Ты только слишком быстро не выздоравливай, братец! — Попросил я.

— Это еще почему?

Подозрений во всех смертных грехах в голосе Секача было столько, что еще немного и можно было их хлебать ложкой.

— Давно мечтал провести полевые занятия по медицине. Медики давно просили «манекен».

— Точно! — Тут же загорелись глаза у Инги, чей взгляд тут же стал ооооочень заинтересованным в вопросе. — Ты же нам обещал!

Ничего не обещал. Но убежденность в голосе девушки свое дело сделала. Братец слегка струхнул.

— Не пугай его, Инга! — Пробасил с трудом сдерживающий улыбку Винни.

— Только ради тебя, малыш! — Мурлыкнула девушка под общий негромкий смех.

* * *

С этого праздника жизни мы ушли тихо и по-английски. Я, Алина и Наташа. Ингу мне прихватить с собой не позволили. А ведь я даже в шутку попытался. Не позволил «прозревший» Винни, наконец-то разглядевший что-то такое в словах девушки.

А еще говорят, что я доктор плохой! Одному «прозреть» пообещал, так вот даже у тех кто просто рядом стоял глаза открываться начали.

Ну и прекрасно.

Мне только и осталось поддаться главному врачебному принципу «не навреди!» и уговорам невест, свалив оттуда подальше.

Никто и не возражал. Не благодарные!

А ведь давно мы так спокойно не гуляли. Пожалуй с той самой ночи у той так и оставшейся для меня безымянной речушки. Вот только на этой территории можно было быть уверенным, что таких «волков позорных» не водится.

— Я разговаривала с Христафором Милорадовичем, — поделилась Алина, едва мы отошли подальше от казавшейся совершенно игрушечной на фоне темного неба беседки. — Нас оформят как постоянных сотрудников его отдела. Он должен был сообщить тебе об этом завтра. Но и не возражает, если ты узнаешь об этом от меня.

Я с укоризной посмотрел на Карееву, что та, благодаря темноте, вполне благополучно проигнорировала. Стоит ли в такой момент о работе. Кто из нас малолетняя (относительно моей «почти сотни на двоих») девочка и должен ценить очарование момента?