Книга Перевести стрелки, страница 95 – Антон Федотов

Вот поэтому и сразу нужно было начинать. А то уже и любопытные собираться стали!

По зрелом размышлении я все-таки пришел к выводу, что ничем нам с Терской появление Савойского не грозит. Не решится он вмешаться в конфликт. Чревато это. Именно в тех случаях когда задета честь дамы. Общество не поймет и не оценит. А приоритет в рассказе "как оно все было" нынче у блондинки. Просто по факту наличия первичных половых признаков, отличных от моих. Это в армейской среде ее слово стоит ровно столько же, сколько и мое. А тут все несколько иначе.

— Данила Петрович, — едва ли не полез обниматься Савойский к нашему сопернику. — Вы, я смотрю, развлекаться изволите!

Гончаров слегка растерянно кивнул, явно не ожидая такого напора.

— Прекрасный выбор! — Меж тем одобрил такую идею Анатолий Сергеевич, улыбнувшись так широко, что светлые бакенбарды "разъехались" чуть в стороны, придавая вид ему обманчиво-комичный. — Вы ведь Терская Елена Олеговна, верно?

Блондинка кивнула, сделав шаг вперед. Мой кортик, как по волшебству исчез в рукаве ее шубки.

— Не напомните, это ведь вы занимали первые места на трех последних турнирах по рукопашному бою среди первокурсников? — "Силился" припомнить он.

— У вас прекрасная память, Анатолий Сергеевич, если не ошибаюсь! — Холодно кивнула она.

— Точно так! — Обрадовался Савойский. — А вот с молодым человеком промашка вышла...

Он даже головой покачала весьма натурально разочарованно.

— ... Нет у него титулов громких в ного- и рукомашестве!

Я "виновато" развел руками.

— Даааа... — Все так же печально пробормотал он. — А славу отморозка к делу не пришьешь...

— Анатолий Сергеевич! — Слегка поморщился я от подобных представлений.

— О, простите! Наверное, я вас с кем-то перепутал, — тут же повинился старшекурсник, печально, словно жаловался на подводящую его память, разведя руками. — То есть, это не в вашей комнате стоит знаменитая скамья, которой вы учудили побоище в столовой?..

Слегка сконфузившись, я развел руками:

— Ну, в моей, но...

— Простите, что перебиваю, — примирительно поднял руки он. — Мне просто интересно было, вы кровь с нее стерли или нет? С одной стороны, память, конечно, но с другой все-таки... Чуть перебор.

— Я...

— В своем репертуаре. — Закончил голос... За моей спиной!

Для понимания, надо очень постараться, чтобы подобраться ко мне незамеченным. И вот это уже действительно высокий класс противника.

— И я же говорила! — Со смехом подтвердил женский голос... Примерно с той же дистанции.

"Два "противника" подобрались к тебе, а ты и чухнуть не успел... Позорище!", — укорил я себя, слегка расслабляясь.

Но развернуться, отведя взгляд ото стоящих передо мной людей, я не рискнул. Тем более, второй голос — почти стопроцентная гарантия, что со спины на меня никто не нападет. "Почти" — потому что полностью я не уверен вообще ни в чем!

Народ начал медленно, но вполне себе явственно склонять головы перед новым действующим лицом. Что-то многовато их прибыло!

Такое выражение "чуйств", в принципе, никакими правилами этикета не предусматривалось. Не было у нас ярко выраженной градации в дворянской среде. Однако когда-то сейчас находящегося за моей спиной молодого человека назвали бы Великим князем. То есть, близким родственником императора. В данном случае — племянником.