Книга Матвей. Внештатный канцелярист, страница 62 – Антон Федотов

Нет ничего хуже, чем ждать в тот момент, когда вся твоя сущность требует броситься вперед, чтобы любой ценой предупредить и защитить. Вязкая неторопливость секунд просто сводила с ума. Сердце же словно пожелало научиться танцевать кадриль, разогнав пульс в район двухсот ударов за каждую адскую минуту, что ему довелось быть невольным и безучастным наблюдателем. Тяжелое уханье в груди было настолько сильно, что Матвей слышал звук каждого толчка крови, почти перебивающий сиплый свист его прерывистого дыхания.

Девочка же продолжала улыбаться. Ей явно нравился солнечный летний день, поднимало настроение окончание уроков, доставляла удовольствие музыка в спрятавшихся внутри ушек наушников.

Напряжение, стискивающее тело, почти достигло пика, когда казалось, что следующее мгновение подарит спасительное беспамятство…

Тревога бесплотного свидетеля, казалось, вдруг передалась и девочке. Она стала беспокойно озираться по сторонам, вынув один из наушников, тут же повисший черным ужиком, ярко выделяясь на фоне белой форменной рубашки. Визг тормозов и страшный крик так больно ударили Матвея по ушам, что он, не отдавая себе отчета, заорал:

— Женька-а-а!!! – Резкий рывок заставил парня скрючиться на кровати, разгоняя темные точки перед глазами. В ушах все еще бешено колотилось сердце. Тело было мокрым от пота. Пальцы мелко подрагивали…

— Да ты обалдел, придурок?! – словно сквозь вату, пробился в сознание Матвея женский крик. – Ты че творишь, а?!

Автоматически прикрывшись рукой от града ударов очередной подружки, возмущенной столь экстремальной побудкой, парень пытался привести в норму дыхание и пульс. Способность ясно мыслить пока не вернулась.

— Отстань! – слабо рявкнул он, непреклонно, но аккуратно оттолкнув налетчицу.

Та откатилась к стене и замерла, кое-как прикрывшись одеялом. Не ожидала красотка, что тихий интеллигент (курс актерского мастерства парень освоил очень неплохо, равно как и умение читать людей) мгновенно превратится в жесткого и довольно страшного типа. Она-то через пару встреч собиралась покинуть сей гостеприимный дом по-английски, постаравшись за это время раскрутить на как можно большее количество бабла, ну и прихватив на память пару-тройку сувениров. А чего? Таки на память о былой неземной, но, увы, скоротечной любви. Впрочем, она даже не подозревала, что ее уже взвесили, оценили, а потому иллюзий особо и не строили. Однако на пару раз потерпеть еще были готовы. Уж больно хороша была чертовка, да и принадлежала к числу тех женщин, про которых говорят: «Секс – это ее!» К сожалению, речь шла только о сексе. Больше ничего в ней интересного не было. И даже идеальные формы не вызывали какого-то особенного интереса. Имеется в виду к девушке в целом. Красиво, да. Однако не более того. Что ж, придется корректировать планы на ходу.

— Встала, собралась, ушла, – безэмоционально, но жестко проговорил, не отводя взгляда от какой-то видимой только ему точки на стене, Матвей.

Больше всего на свете ему хотелось остаться одному. Пережить этот чертов кошмар. Давненько он его не мучил, навещая по ночам. А тут на тебе, явился вновь. Да как ярко.

— Слушай, ну бывает… – испуганно начала было очередная как-там-ее-зовут-прости-господи, поняв, что она сказала родовитому любовнику.