Книга Гимн шута 8, страница 38 – Антон Федотов

— Почему ты не принял решение сам? — поинтересовался воевода.

— Фактически мне предлагаю выступить на стороне одной из фракций в междоусобице «уральцев», — негромко обозначил суть своих сомнений клановец. — А я — Волконский.

Это было важное уточнение. Он мог сколько угодно де-факто выступать независимым игроком. Однако бить в ответ, как в том анекдоте, будут не по паспорту, а по лицу. Возможно, не только твоему личному. Может прилететь и Семье тоже.

— Хотелось бы услышать аргументы «за», — поднял взгляд ныне заместитель Председателя Правления, а вовсе не отец бунтовщика.

Политические вопросы были в его ведении. «Быть или не быть» — проблема как раз в его компетенции. Валерычу же уже позже предстояло придумать, как именно жить с последствиями выбора.

На стол лег одинокий листок бумаги.

— Награда за участие, — коротко объяснил парень.

Однако отец уже не слушал. Второй человек клана с непроницаемым лицом вчитывался в строки. Через несколько секунд он чуть прикрыл глаза и передал лист двоюродному брату.

— Что ж, сын мой, признаюсь, солидно. И я рад, что ты решил сначала обсудить этот вопрос с нами.

— Рано, отец, — хмыкнул Волконский, выкладывая на стол еще один лист. — Это Лев Демидович предлагает клану в качестве премии за риск. Естественно, лишь в случае успеха.

Отец откинулся на спинку кресла и задумался. Нет, никому даже в голову не пришло лезть с расспросами о подробностях соглашения. Понимал, что тот не скажет. Фактически им воевода Юсуповых предлагал купить кота в мешке. Оказать политическую поддержку ему лично и основному претенденту на Трон, фактически дав добро на работу Павла и согласившись разделить с ним же последствия в случае неудачи. Прямой угрозы от «медведей» можно было не опасаться. Договор на четверть века о невмешательстве многие пути для «обычной мести» закрывал. Но есть же еще и бизнес-интересы, влияние на поставщиков-партнеров. Не афишируемое, но оттого не менее серьезное.

— Солидно, — хмыкнул воевода, и тут же покосился на брата. — Твое решение, Толя.

Действительно, дать ответ придется второму человеку клана. Без возможности посоветоваться с Главой или, что было гораздо полезнее, казначеем.

— Сын мой… — вздохнул отец.

Молодой человек напрягся. С такими интонациями приятные вещи не сообщают.

— Как ты смотришь на возможность возглавить собственный Род в рамках клана?

Павел поперхнулся. От неожиданности.

— Я понимаю, что это ответственность и множество сложностей. Однако могу пообещать, что прослежу, чтобы вассальный договор был составлен максимально… необременительно.

Брови молодого человека удивленно взлетели вверх. И не едва заметно, как нередко бывало, когда клановец хотел продемонстрировать некоторое недоумение, а как говорят в народе, явив «глаза по пять рублей».

— А уж с этим… — отец прихлопнул ладонью по связанной с «Градиентом» папке. — Ты можешь действительно на многое рассчитывать. В том числе и на собственные вооруженные силы.

— И что изменится в моей жизни? — поинтересовался негромко Павел.

— Многое, — серьезно кивнул отец. — Например, весь клан не будет нести за твои действия ответственности, исключая положения вассального договора.

— О! — оценил клановец.

Это было… вкусно. В будущем подобная фиксация вещей даст шанс действовать оперативно, исходя из собственных интересов без риска подставить под молотки Семью, а сам он сохраняет свой статус в клане. Во всяком случае, Глава собственного Рода никак не хуже, чем наследник. То есть, фактическое положение в иерархии Волконских будет даже выше. Ведь его роль будет автоматически обозначать довольно высокую должность. Официально признанную.