Книга Гимн шута 13, страница 56 – Антон Федотов

Павел развел руками. Мол, здесь что ли будем общаться?

Их поймали между третьим и четвертым этажом. Всего одного пролета не хватило «переговорщикам», чтобы добраться до квартиры Фила. Кажется, Настя заметила прибытие троицы в окно и поспешила навстречу. Как была.

— Ну, хоть настроение подняла, — хмыкнул Павел, протискиваясь мимо канцеляристки.

В моменте клановец аккуратно взялся за полы халата и… чуть плотнее запахнул их.

— Не простудись, — порекомендовал он и потопал наверх.

— Нам будет тебя не хватать, — скорчила невинную мордашку Катерина, пропустив слово «иначе».

Мышь автоматически кивнула, но тут же уставилась вслед уже поднимающемуся за сюзереном секретарю.

— А я бы добавил!.. — привлек внимание ярковолосой Кроль поравнявшись.

Девушке хватило всего одного взгляда.

— А впрочем, ладно! — решил он и потопал следом за «переговорщиками».

— Топай давай, — подбодрила его Настя, подтолкнув крепким кулачком в спину.

Кроль возражать не стал. Все-таки пусть он и не признавался в этом сам себе, безбашенного бойца СИБ парень побаива… опасался. Самую чуточку.

Впрочем, разговор в квартире сразу начать не удалось. Вместо ответов на вопросы Волконский припер ее к стенке. Буквально. В узком пространстве коридора вырваться из его хватки было затруднительно.

Настя и не пыталась. Практически.

— Слушаю, — сообщила она, лишь символически попробовав на крепость хват клановца.

— Отвечу на все твоим вопросы, — коротко произнес молодой человек. — Но сначала скажи как там Лена.

Мышь вздохнула. Она действительно пообещала накануне попытаться выяснить хоть что-нибудь о Кошкиной, помимо стандартного «жива, здорова». И ей отчасти это удалось.

— Ну, слушай, — выдохнула она, прекрасно понимая, что пока Павел не услышит ответа на свой вопрос, дальнейшего разговора не выйдет.

* * *

Елена Кошкина глухо зарычала.

Боль была столь сильной, что руки подломились, и она упала на стерильный пол «номера-камеры» без сил.

Несколько секунд она тяжело дышала, переживая весь спектр не самых приятных ощущений.

— Ау, — наконец прокомментировала она коротко и ясно.

Девушка не знала, сколько именно провела в этом месте. «Дня и ночи» режим содержания не предусматривал. Да и первые пару дней ей было не до того. То есть, вообще дела не было до чего-либо. Первые дни прошли как в тумане. Она спала, когда хотела, ела когда принесут (четких интервалов не было), послушно беседовала с какими-то людьми. Все, что ей запомнилось — это странный туман в голове и постоянное зудящее ощущение взгляда стрелка.

Несколько секунд Лена прислушивалась к дыханию, позволив себе «растечься» по полу, а затем прикрыла глаза. Можно было, конечно, дойти и до относительно комфортабельной «шконки». Но… какая разница? Да и дрожи в передруженных мышцах никак не способствовала желанию забираться на ложе.

Со временем она куда лучше восстановила события того злосчастного дня. И, конечно, ночи…

— Лен, ну ладно тебе!

Все началось именно с этого звонкого, как всегда полного энтузиазма, голоса. Тюфякина не просто излучала оптимизм и жизнелюбие, она буквально заражала им всех вокруг. Еще с начальной школы. Даже в хмурые дни она улыбалась столь ярко, что у окружающих невольно уголки губ тянулись к ушам.

При всем этом она была… очаровательно непосредственной. Откровенно легкомысленной и беспечной настолько, что иные путали ее поведение с глупостью. Это не было правдой. Вернее, не совсем. Мозги у Тюфякиной имелись. Она просто не видела смысла ими пользоваться.