Книга Гимн шута 13, страница 27 – Антон Федотов

Яковлев перевел дух. Остальные же пришибленно молчали. Каждый увяз настолько, что понимал: Род, может, и расплатится. Но лично для него это будет концом.

— И что мы будем делать⁈ Ждать, пока к нам заявится этот Волконский и передавит нас по одному⁈ Заберет все, что нажито непосильным трудом⁈

Задумчивая тишина накрыла беседку. Все ждали. Ковалев пил. Каждое движение его прямо-таки кричало о запредельном уровне напряжения. «Что же с ним такое?» — даже призадумался Тюфякин.

— Не знаю как вы, — окинул взглядом собравшихся Яковлев. — Но я буду действовать!

При этом «оратор» с некоторой неприязнью покосился на застывшего с рюмкой в руке товарища.

— Говори что хотел, — потребовал Давыдов.

Его не слишком волновала судьба родича. У короля много, как говорится. Но он прекрасно понимал, что в нынешней ситуации противопоставить требованиям Волконского ему просто нечего. Этот ублюдок «разденет» Род и… и все! Нужен хоть какой-то аргумент, чтобы уравновесить возможные претензии мальчишки.

— У меня есть план, — объявил толстяк.

С этими словами «оратор» торжественно достал планшет и протянул его старому приятелю. Ковалев лишь головой мотнул. Он знал, что именно увидит. Однако в нынешнюю секунду его куда больше волновала рюмка в руках. Так что гаджет сразу перешел к Давыдову. Тот пялился в экран секунд двадцать, вызвав настолько сильное беспокойство Смирнова. Сосед даже рискнул заглянуть за плечо союзнику и… застыл. Надолго.

— Посмотри, Юрий Николаевич, — дошла очередь и до гостя. — За отзыв наших требований и поторговаться можно, а⁈ Ну а нет, так хоть отомстим!

Свои слова Яковлев сопроводил такой ухмылкой, что Тюфякин лишь поморщился. Однако планшет взял. Коль скоро все это уже коснулось его внучки, то знать, что задумали бывшие члены «коалиции», он просто обязан.

— Ты… — протянул Тюфякин, вскинув ошарашенный взгляд на идейного вдохновителя собравшейся шайки мужчина, но тут же прикусил язык и вновь уткнулся в экран.

Они что, и впрямь ЭТИМ собираются шантажировать Волконского⁈

— Это… — попытался оценить он, но замолк, не сумев подобрать слов.

— Да, господа, — важно подытожил «оратор», только что спаливший все корабли, отрезая какой-либо путь к отступлению. — Теперь деваться нам некуда! За спиной каждого из нас стоит Род. И я хочу, чтобы мои дети жили в достатке и уважении, а не отправились по миру после того, как этот ублюдок заберет себе все!

Кивнул Давыдов. Склонил голову Смирнов. Согласно пристукнул кулаком по столешнице Ткачев. Ковалева никто спрашивать не стал.

— А ты, Юрий Николаевич? — бросил торжествующе Яковлев. — Как поступишь ты⁈

Тюфякину понадобилось несколько секунд, чтобы определиться с ответом. Да, есть такой маневр, когда для улучшения своих переговорных позиций давишь оппонента «на земле». Но такое… Это уже за гранью добра и зла. И каждый, кто «замажется» в подобном… Да руки тому не подадут! Вот только…

С некоторым трудом мужчина вновь скосил взгляд на планшет. «Яковлевы и Ковалёвы обвиняют Кошкину в гибели родичей!» — гласил заголовок опубликованной в сети статьи. Во второй же вкладке висела заявка на объявление родовой войны под номером ВМ-514–97–74 со статусом «Дозволяю» от императорской коллегии.

«Неужто эти люди действительно хотят взять в заложники Кошкиных, чтобы давить на Волконского⁈» — перевел на простой язык действия Яковлева «гость». Невольно вспомнились ему глаза парнишки и ловкость гвардейцев. По позвоночнику вновь пробежала неприятная «изморозь». Вот только в этот момент мужчина понял, что именно должен делать.