Книга Гимн шута 16, страница 79 – Антон Федотов

Они поднялись на второй этаж.

— Планируете вести себя совсем грубо? — «официальным» тоном холодно поинтересовалась она.

Небольшая бомба рванула в груди человека. Но он с известным трудом «погасил вспышку».

Несколько секунд блондиночка рассматривала клановца, после чего вежливо указала на диванчик неподалеку от лестницы.

— Одну минуту, господин, — мягко попросила она.

Отчего-то эти интонации действительно сбивали пламя злости не хуже огнетушителя.

Молодой человек кивнул, старательно сдерживая раздражение, давая ей понять: иди уж. Катерина если и задержалась, то лишь на миг, чтобы послать клановцу едва уловимую лукавую улыбку, а после скрылась в коридоре.

— Вот черт, — покачал головой парень.

«И почему эта стерва меня не предупредила⁈» — в который раз «рванул» уже сотню раз заданный самому себе вопрос.

Сесть на предложенный секретарем диванчик он даже и не подумал. Шило в заднице помешало. Но вот замереть себя заставил. Нечего носиться по площадке раненным львом. Спокойнее нужно быть… Хотя бы попытаться!

«Я не такая!» — вновь прозвучал уверенный и дерзкий голос в его ушах. Ныне нотки оскорбленной невинности, которой в нем было хоть ложкой ешь, звучали издевкой.

Молодой человек резко сжал кулаки на несколько мгновений и тут же расслабил кисти.

«Я совершенно спокоен» — мысленно попытался привести себя в норму Волконский, делая вдох на четыре секунды. «Спокоен и расслаблен» — продолжил сеанс самогипноза клановец, задерживая дыхание еще на семь. «Пауза» сменилась длинным плавным выдохом.

Этот цикл молодой человек успел повторить трижды, прежде чем из практики его вырвал ровный голос Катерины:

— Господин, Анна Михайловна вас ожидает.

В груди вновь полыхнуло. «Ожидает» она… ну-ну. Сейчас дождется.

— Веди, — глухо потребовал он.

Вместо этого секретарь плавно скользнула вперед и прижалась к господину всем телом. Ненадолго. Всего на несколько секунд. Но и этого хватило.

— Да не съем я ее, — с какой-то странной досадой отметил клановец, что блондиночка своего добилась.

Накал ярости явно сбила.

— Я рада, — ровно заметила та, тут же вновь укутавшись в ауру строгости и неприступности, но тут же добавила. — Сам же себе не простишь потом.

Волконский кивнул, признавая правоту девушки. Не простит. Наверное. Все-таки она не враг. И уж тем более силы их несопоставимы. Но… как же это все бесило. Хотелось взять в руки ремень и хорошенько пройтись по чьей-то попе.

В этом плане Волконский и высказался. Катерина тут же ответила круглыми глазами:

— Как? — с видом оскорбленной невинности захлопала она ресничками. — Тебя интересует чья-то еще попа⁈

Павел на миг замер. «Как вообще опять до этого дошло?» — мелькнула мысль. Однако уже через секунду он хмыкнул и заверил:

— Естественно!

Секретарь медленно и печально обернулась. Лицо ее почти не дрогнуло. Она была все так же идеальна и, «на людях», профессионально бесстрастна. Однако легкий «излом» бровок, печальная поволока во взгляде, да на секунду сбившееся дыхание просто намекали на вселенскую обиду и разочарование столь явно…

Волконский фыркнул не выдержав:

— Кошкина же!..

Тут же улыбка мелькнула и на лице девушки.

— Вас ждут, господин, — мягко сообщила она.

В этот раз голос ее звучал многообещающе. Где-то глубоко внутри появилось желание как можно скорее закончить разговор и… начать следующий. С куда более близкой девушкой.