Книга Гимн шута 18, страница 5 – Антон Федотов

Однако помощник только покачнул головой едва заметно и продолжил свой путь. Ему предстояло еще много работы.

* * *

— Здравствуйте, господин Петров.

Павел взялся за кружечку с ароматным кофе и с удовольствием отпил.

Огромный мужчина, секунду назад подсевший за его столик, только кивнул. На миг клановец даже задумался, выдержит ли пластиковый стул вес человека-горы. Но тот справился.

— Костюм идет вам больше, — констатировал Павел.

В последний раз, когда он видел покатый лоб, зеленые миндалевидные глаза, круглый подбородок и классический греческий нос, его собеседник был облачен в балахон и окружен атмосферой таинственности и власти очень непростого заведения в столице. Да и представлял его цесаревич лично перед самой первой отправкой в Красноуральск. Магистр второго ранга Калас. «Свобода воли».

— Благодарю, господин Волконский.

Действительно, удачно подобранный костюм делал «свободовца» не слишком выделяющимся даже несмотря на его габариты.

Оба собеседника вели себя подчеркнуто нейтрально. Клановцу уже приходилось воевать против «фанатиков» и громить Оплоты «Свободы воли». Магистр же от природы такой штукой, как доверчивость не болел. Возможно, именно потому он и дожил до своего поста. И даже собирался шагнуть на ступеньку выше. Стать Гроссмейстером.

— Вы изучили переданные мной материалы? — негромко поинтересовался Волконский, тут же запив слова очередным микроскопическим глотком.

Все-таки кофе был еще горяч. А он — не сестренка, чтобы раскалённый прут голыми руками спокойно взять. Дар Огня обошел его стороной.

— Да, — в тон ответил Калас. — Управляющие ядра будут серьёзным обоснованием моей позиции в Совете.

Молодой человек вздохнул и негромко уточнил.

— «Но…».

Магистр изобразил вежливое недоумение.

— Когда люди произносят слова с такой интонацией, за ними обязательно следует продолжение «но…», — объяснил свою позицию клановец.

— Вы правы, господин Волконский, — едва заметно склонил голову перед прозорливостью собеседника мужчина. — Ядра — сильный аргумент. Но пока известно лишь, что они куда-то плыли. Да, скорее всего, для экспериментов Гроссмейстера. И да, Совет против таких вольностей. Но доказательства должны быть железобетонными. Ведь я буду просить коллег отстранить Первого Магистра региона. А с этой должностью уходят только вперед ногами. Даже при «досрочном освобождении». Тем более, в Совете есть и его сторонники. И они уцепятся за любую мелочь, лишь бы провалить решение. А повторно выступить я смогу очень нескоро.

Павел невесело хмыкнул про себя. Темнит магистр. Недоговаривает. Не будет никакого «нескоро» для него и его сторонников. И их самих не будет. Игра во власть на таком уровне и с такими ставками подразумевает, что проигравший останется без головы. И Гроссмейстер, если ему удастся усидеть на троне, прекрасно будет понимать, что случилось бы при варианте, когда слабину дал он. А потому жалеть не будет никого.

Более того, скорее всего, смерть «заговорщиков» будет очень непростой. В назидание тем, кто задумает идти против Первого Магистра региона. Тут и заступничества Главы будет недостаточно.

— Что же вы хотите, господин Петров? — негромко спросил молодой человек. — Чтобы я этого вашего Гроссмейстера над операционным столом поймал с иголкой и ниткой в руках за собственноручным сшиванием химеры?