Книга Гимн шута 19, страница 30 – Антон Федотов

Чашка чая ему была куда интереснее инвентарного номера О341Б-26.

* * *

От него, наконец, отстали.

Павел вздохнул свободнее.

Отчего-то все решили высказать свое офигенно экспертное мнение насчет сложившейся ситуации и предложенного клановцем варианта по ее разрешению. Разве что Катерина и Леночка промолчали, да сестренка ограничилась сухой статистикой.

Бз-з-з-з!

Парень вздрогнул.

«А нет, еще не все!» — мелькнула быстрая мысль в голове.

— Добрый день, Константин Дмитриевич, — поприветствовал Волконский сюзерена.

Отчего-то какой-то его внутренней части прямо-таки претило обращение «господин». Даже к наследнику престола.

— Ты чем занимаешься, Павел Анатольевич? — поинтересовался Долгорукий.

«Не давит.» — оценил молодой человек. Просто уточняет.

— Иду, — емко, но абсолютно неинформативно сообщил воевода.

Каков вопрос, таков и ответ.

— Это-то я вижу, — согласился собеседник.

Молодой человек, не убирая комм от уха, поднял голову и бросил взгляд на небо. Отчего-то он был уверен, что слова сюзерена стоит воспринимать буквально.

— На шесть часов, — вздохнул «Костик», прекрасно поняв, что именно делает беспокойный опричник. — Выше… Выше… Да.

Парень хмыкнул и демонстративно помахал небесам. Где-то там, за пределами атмосферы сейчас находился спутник, транслирующий «картинку» будущему самодержцу.

— Что ты делаешь, Павел Анатольевич? — вновь задал вопрос цесаревич.

— Иду, — четко отрапортовал воевода. — За кофе. На площадь Октября.

«Забавно вышло.» — решил Волконский. Сейчас мало кто помнил, откуда пошло это название. Но в разговоре с членом Фамилии не самый лучший подкол получился.

Долгорукий себя сбить с толку не дал.

— Один и без охраны, — констатировал он.

— Да, — совершенно серьезно ответил клановец. — У меня сейчас два типа врагов: серьезные и «фоновые». От первых никакие гвардейцы не спасут, а вторых я ныне не очень-то и боюсь.

Несколько секунд цесаревич размышлял над такой иезуитской логикой. Конечно, ее можно было развалить всего парой фактов. Но к чему? Опричник и так прекрасно осознавал шаткость своих доводов.

— «Око» сообщила мне о создавшейся ситуации, — перешел к делу Долгорукий. — И от твоем решении.

Павел кивнул. Кто бы сомневался. Настя в первую очередь служила канцелярии и Трону. И молодой человек всячески старался, чтобы конфликта интересов не возникало.

Тем более, это было удобно. Половину отчетов можно было не писать, просто выложив Мыши все свои планы.

— Я считаю это лучшим выходом, — коротко проинформировал сюзерена Волконский.

— Хорошо, — неожиданно решил Константин. — Делай. Даю добро.

Павел выдохнул. Все-таки он не был уверен, что…

— Российская империя не пользуется террористическими методами, — спокойно объяснил будущий правитель.

Лукавил, конечно. ЛЮБОЕ государство использует самые разные «подходы» для достижения своих целей и во имя сохранения жизней граждан. Вопрос в пропорциях.

— Павел Анатольевич, личный интерес, если позволишь, — неожиданно выдал Долгорукий.

Хотя Волконский был почти уверен, что вот-вот услышит короткие гудки прерванной связи.

— Слушаю, Константин Дмитриевич.

Всяк, кто побывал у «верхушки», прекрасно знает, что просьба «большого человека» зачастую имеет куда большую силу, чем прямой приказ.

— Ты не опасаешься, что на площади встреча с этой убийцей может и повториться?