Книга Гимн шута 24, страница 83 – Антон Федотов

— Я приложу все усилия, — заверил Павел. — Не знаю, какие именно договорённости между вами и Цесаревичем, но пока я не вижу никаких плюсов от сотрудничества с вами. Напротив — ради вашей политической карьеры рискуют мои люди.

Калас спорить не стал. Напротив, он подался к собеседнику и негромко спросил:

— Вы считаете это несправедливым?

Павел даже отстранился назад, чтобы окинуть взглядом сидящего рядом с ним собеседника.

— О какой справедливости может идти речь, господин Петров? — уточнил он негромко. — Как говорили в старину, всего лишь бизнес. Если взять баланс рисков и доходов, то мне не достаётся вторых, а вы совершенно не желаете разделить со мной первое. И о каком взаимовыгодном сотрудничестве тогда мы сейчас говорим?

Волконский врал. Вернее, не договаривал. Он действительно считал риск своих людей — серьезным фактором. Однако собеседник столь абстрактными категориями не мыслил. Понятия финансовой выгоды и материального ущерба для него были куда более наглядны. Так что клановец просто разговаривал с собеседником на его языке.

— Я настаиваю на позиции, что вы должны придерживаться достигнутых с вашим сюзереном договоренностей.

Волконский негромко фыркнул и демонстративно неспешно сделал глоток воды.

— Это вы с цесаревичем о чем-то договаривались, — коротко обозначил свою позицию клановец — А у меня приказ — привести регион во вменяемое состояние. И, поверьте мне на слово, господин Петров, я прекрасно знаю, каких усилий стоило Тайной канцелярии превратить массовый теракт в дорожно-транспортное происшествие. Вы до сих пор уверены, что цесаревич видит плюсы сотрудничества с вами более весомыми, чем затраты на сокрытие последствий?

Несколько секунд магистр молчал, без всякого выражения рассматривая Волконского.

— Чего вы добиваетесь, Павел Анатольевич? — чуть устало поинтересовался собеседник.

Волконский демонстративно пожал плечами — таким не проймёшь. Всем нелегко, в Мёртвом узле иначе и не бывает.

— Учёта моих интересов, господин Петров, — растолковал свое представление о прекрасном молодой человек. — А также более деятельного вашего участия в обеспечении безопасности моей и моих людей. Кроме того, меня не устраивает степень информирования о ваших действиях и положении в рядах «Свободы воли». Без информации я буквально действую вслепую.

Несколько секунд магистр молчал, раскладывая для себя по полочкам сказанное. Его никто не торопил.

— Это все ваши условия? — вкрадчиво уточнил через несколько минут.

Павел мысленно подобрался. Они только подбирались к самому скользкому моменту сегодняшнего разговора.

— Нет, господин Петров, — покачал головой Павел практически безмятежно.

Всё-таки лёгкость в теле после удачной практики позволяла сохранять ясность ума без напряжения, а все негативные эмоции отступили на второй план.

— Сестра Анна — в первую очередь это именно ваша проблема, — констатировал молодой человек, наслаждаясь отсутствием уже почти привычной боли в плече.

Она еще вернется. Но теперь он знал, как ее «встретить». А всего через несколько дней Лена возьмется за полное восстановление тела.

— Допустим, — нейтрально высказался Калас.

— Обойдемся без допущений, магистр, — чуть надавил голосом Павел. — Этот факт обсуждению не подлежит.

Собеседник промолчал. Да и ответить ему было нечего. Именно по его просьбе цесаревич выделил время на «самостоятельное решение вопроса» внутри Ордена.