Книга Князь Искажений. Том 10, страница 210 – Евгений Ренгач

— Потому, что вы мне надоели. Род Гордеевых загнивал, и я всего лишь немного ускорил его падение! Вот только я не ожидал, что ты вернёшься… — Василий заглянул мне в глаза. — Скажи, Князь, как ты выжил? Я же сам видел, как ты сгорел в Сердце…

— Повезло. Сердце взорвалось, а в следующую секунду я был в этом мире в молодом теле.

Василий вздрогнул и недоверчиво тряхнул головой. Он не мог поверить в случившееся.

Чтобы протянуть эти триста лет, Василий отказался от своей человеческой природы и поставил на кон всё человечество.

Я же исполнил его мечту, ничем ради этого не пожертвовав.

Что ж, пускай завидует! Ему полезно.

— Тебе всегда везло, Князь. Но это не может длиться вечно! Ты пришёл сюда, в мой дом. Но ты не учёл, что я здесь непобедим! — Василий раскинул руки в стороны. Стены задрожали, а на плечи навалилась тяжесть. Дверь за спиной со скрежетом захлопнулась. — Пусть моё бессмертие ограничено, здесь, в этих стенах, меня невозможно убить. Можешь использовать всю свою силу. Но даже ты не сумеешь меня победить!

Брысь взглянул на меня. Даже Кассандра на моём плече, и та устало открыла глаза.

Оба питомца думали об одном и том же. Они считали, что мы угодили в западню.

У меня было другое мнение.

— Знаешь, Вася, за триста лет ты мог успеть столько всего сделать! Придумать лекарство от всех болезней, прочитать миллион книг… Да что угодно! Но вместо этого ты только и делал, что варился в собственной злобе. Такой же идиот, как и раньше! Ты так и не понял, что я не собираюсь с тобой драться.

— Тогда ты обречён! — Василий шагнул вперёд.

— Нет.

Я собрал кипящую в венах энергию Разрушения и ударил. Но только не в стоящего передо мной Мамонтова, а в возвышающиеся за его спиной стены зала.

— Промахнулся! — Глаза Василия вспыхнули триумфом.

На краткий миг он подумал, что я уже не тот, что раньше, и у него есть шанс победить.

Очередная ошибка.

— Не-а. Говорю же, ты так ничего и не понял!

Не выдержав напора моего плетения, стены начали крошиться. Кирпичи выпадали один за другим. По потолку пошли трещины. Стоящая в центре опорная колонна треснула и подломилась.

Зелёное мерцание вокруг Василия мигнуло и стало немного бледнее, чем минуту назад.

Он отшатнулся от меня, как от огня.

— Что… Что со мной происходит⁈

— Ты же сам сказал, что ты можешь жить только в этой комнате. Вот я и подумал, что если её разрушить, то вместе с ней подохнешь и ты.

— Но ты же разрушишь всё имение!

— Думаешь, меня это волнует?

Я использовал ещё немного энергии Разрушения. До ушей донёсся скрежет и глухие удары.

Это имение Мамонтовых разваливалось на части.

— Я не позволю!

Василий бросился на меня. Зелёное свечение практически погасло. Я махнул рукой, с лёгкостью отбрасывая его назад.

— Слишком поздно.

Я использовал Шаг и, не останавливаясь, пронзил Василия мечом его же Рода.

Он упал передо мной на колени. Из уголка рта по подбородку текла тонкая струйка крови.

— И всё равно, Гордеев… — Слова давались ему с трудом. Звуки вырывались из его рта вместе с предсмертными всхлипами. — Ты не победил! Монстры… Повелители… Они уже здесь! Вы… все… умрёте…

— Ну уж нет. Им не выиграть. Это я могу тебе гарантировать!

Василий попытался подняться на ноги, но не смог. Свечение окончательно погасло. Плоть клочками слезала с его лица.