Книга Исповедь смертного греха, страница 66 – Макс Вальтер

В отличие от кудрявого, я только что вернулся с тренировки. Моё тело было разогретым, хоть и усталым, и всё же готовым к схватке. А потому я быстро сорвал дистанцию, поднырнул под очередной выпад и оказался за спиной у противника. Пнул его под колено, заставляя припасть, и тут же сунул кулаком в уже отбитое ухо. На этот раз удар вышел очень жёстким. Хрящ не выдержал и сломался, а по щеке старшеклассника потекла кровь.

Но он не был бы собой, если бы тут же сдался. Да и чего греха таить, боец он хороший. Я не видел в деле Джонсона, не довелось. Но что-то мне подсказывает: в честном бою Викул бы его уделал. Скорее всего, Джонсон и фаворитом считался только потому, что его папаша занимал высокий пост в корпорации.

Кудрявый быстро разорвал дистанцию. Его взгляд сделался сосредоточенным. Он больше не рвался в бой бездумно, на эмоциях, а предпочёл играть по правилам техники. Я меньше ростом и слабее физически, плюс уступаю по весу. А потому вполне логично начать расстреливать меня издалека. Что и принял за основную тактику Викульцев.

Первый лоу-кик я пропустил. Опорную ногу тут же свело болью. Стиснув зубы, я отступил, гладя на противника поверх кулаков. Второй выпад прошёл мимо. Мне удалось прочесть намерения и отступить. Была надежда, что Викульцев провалится, но нет, поняв, что удар идёт мимо, он лишь сменил стойку на левостороннюю и тут же отогнал меня молниеносной двойкой прямых.

Пришлось отступить, чтобы не угодить под эти ядра. Любая моя попытка сорвать дистанцию натыкалась на контратаку ногами. Здесь нужно либо жертвовать собой, чтобы перейти в борьбу, либо ждать ошибки. С другой стороны, не будем же мы вечно танцевать друг против друга. Рано или поздно кто-то должен начать развивать бой, а иначе в нём нет никакого смысла.

И противник дёрнулся. Выстрелил прямым ударом ноги, метясь мне в грудь, и тут же, срывая дистанцию, добавил молниеносную двойку в голову. Самая классическая связка и, надо признать, очень быстрая. Не проведи я в зале эти полгода, сейчас бы уже корчился на тротуаре, заливая его кровавыми соплями.

Но я сумел предугадать его манёвр и выстроил контратаку.

Снова уклонился от удара ногой, но на этот раз не просто ушёл в сторону, а шагнул чуть вперёд и вонзил ему локоть прямо бедро. Я уже попадал на такой приём и даже при щадящем варианте удара боль адская. Мышцы буквально сводит, и нога превращается в непослушный протез.

Это и случилось с Викулом. Он даже второй удар из запланированной двойки руками до конца не довёл. Первый я сбил в сторону, поставив блок, а второй попросту проигнорировал. И это дало мне возможность подобраться к нему вплотную.

О большем я и мечтать не мог.

Что было сил, я выстрелил ему правой в челюсть. Короткий удар, рука словно рычаг, при этом тело толкает опорная нога, чтобы участвовала вся масса тела.

Тычок вышел настолько плотным, что у меня заныли кости. Викула повело. Он сделал шаг назад, глаза подёрнулись пеленой. Нужно добивать, пока есть шанс. И я выпрыгнул ему навстречу, метясь локтем в переносицу. Если попаду, бой будет окончен.

Но нет, противник успел отреагировать. Мне всё ещё недоставало сил, чтобы уложить такого кабана. Когда в его взгляде промелькнула ясность, я понял, что совершил ошибку, посчитав своё попадание нокдауном. Добивать было рано.