Книга Исповедь смертного греха 2, страница 116 – Макс Вальтер

— Так, стоп! — остановил словесный понос помощника следователь, — Давай по фактам, не части. Докладывай, как учили.

— Двадцать второго числа текущего месяца некто Устинов зарегистрировался в отеле. Вошёл через парадный вход, приобрёл номер, поднялся на четвертый этаж и бесследно исчез.

— Ясно, очередной призрак, — отмахнулся следователь.

— Ну почему? — не понял помощник. — У нас есть его лицо, данные паспорта в базе. Мы можем объявить его в розыск.

— Попробуй, — усмехнулся Чесалин. — Уверен, что ты больше нигде не найдёшь упоминания об этом Устинове.

— С чего такая уверенность?

— С того, Паша, что мы имеем дело с профессионалом такого уровня, который ещё не встречали. Но ты можешь попробовать. Прогони информацию через базу регистрации жителей Норд-Прайма. Заодно сверь его данные с базой космопорта.

— Секунду… — Взгляд Павла остановился. — Отправил запрос. Через десять минут узнаем.

— Я это знаю уже сейчас, — буркнул Чесалин и поднялся со стула. — Забирайте.

Работники морга тут же набросились на тело Трошина и в считаные секунды упаковали его в мешок для трупов. Не прошло и пяти минут, как его уже вынесли из гостиницы и погрузили в машину. Криминалисты всё ещё продолжали ползать по полу, собирая различные ворсинки и волоски своими пинцетами, но Чесалин был на сто процентов уверен, что они ничего не найдут. Одно то, как убийца ушёл из оцепленного района, уже говорило о его высочайшей квалификации.

Чесалин тяжело вздохнул и отыскал в контактах номер, на который ему так не хотелось звонить, что аж скулы сводило. Однако он пересилил себя и зафиксировал взглядом кнопку вызова. Некоторое время в ухе раздавались гудки, а затем перед глазами прошла рябь и возникло изображение Виктора Сергеевича Бахина.

— Слушаю, — без прелюдий, сухим тоном ответил он.

— Виктор Сергеевич, это Чесалин.

— Я в курсе. Что у тебя?

— Боюсь, новости вам не понравятся. У нас пусто. Есть тела, есть оружие и даже несколько видео с камер наблюдения, но о реальном исполнителе информации ноль. Одно могу сказать с уверенностью: это был профессионал экстра-класса. Ничего подобного мы ещё не встречали. Он меняет личности, словно перчатки, при этом способен копировать даже отпечатки пальцев. У нас ничего нет.

— Ясно, — сухо бросил Бахин и отключил вызов.

Василий Петрович протяжно выдохнул, сунул руку в карман, извлёк из него платок и промокнул вспотевший лоб. Это стопроцентный висяк. И ни тело Трошина, ни труп на чердаке, ни даже оставленная там же винтовка никак не указывают на реального исполнителя. Он мог быть кем угодно и находиться сейчас в тысяче световых лет от Норд-Прайма. Что-то подсказывало Чесалину (возможно, опыт), что ему ещё не раз придётся расследовать подобные дела.

На Перекрёсток мы прибыли почти одновременно. Все, кроме Дашки. Её нам пришлось дожидаться три дня. Всё это время, чтобы не поплыть от скуки, мы тренировались. Точнее, это я гонял команду, ну и себя вместе с ними. Естественно, мы нервничали, ведь никаких вестей от подруги не поступало. Связь на таких расстояниях если и работает, то с огромной задержкой. Да, можно отправить записанное сообщение, но есть риск, что его могут перехватить. Поэтому мы находились режиме радиомолчания и нервного ожидания.