Книга Исповедь смертного греха 3, страница 84 – Макс Вальтер

Я запустил интерфейс и вывел перед глазами схему пляжа.

— Покажи мне полный анализ операции, — попросил я.

И тут случилось то, чего я никак не ожидал.

Интерфейс без малейшего пиетета принялся разносить наш план в пух и прах. Он указывал на ошибки одну за другой. Холодно, методично, без капли сочувствия. Отвлечение Васильевой — чистая импровизация, которая могла провалиться в любой момент. Отсутствие запасного плана на случай, если бы Мишка не успел уйти. Вынужденное решение закопаться в песок, хотя мы обязаны были продумать его заранее. Каждый пункт он сопровождал цифрами, отмечая вероятности провала, временные окна, которые мы упустили, альтернативные маршруты, которые мы даже не рассмотрели.

Я лежал на кровати и смотрел на этот разгром. Интерфейс был прав по всем пунктам.

А затем он вдруг вывел на схеме совершенно другой план. Чёткий, проработанный до мелочей. Те же вводные: пляж, сцена, дроны, двое охранников. Но реализация была иной: закладка оружия, отвлечение Васильевой, план отхода. Он учёл каждый шаг, просчитал все риски и минимизировал их.

«Вероятность успеха — девяносто семь процентов», — закончил искин.

Я смотрел на схему и чувствовал, как во мне закипает раздражение.

— Почему ты не показал мне этот план раньше?

«Ты не спрашивал. Видимо, посчитал, что умнее меня».

Я замер. В этой фразе звучала откровенная издёвка. Интерфейс не просто отвечал на вопрос, он меня подкалывал. Указывал мне на мою самонадеянность и делал это нарочно.

— Ты это серьёзно сейчас? — уточнил я, — Я сотню раз обращался к тебе за помощью!

«Нет. Ты просил только просчитать вероятности успеха».

— Мог бы и подсказать.

«Мог. Но мы договорились, что ты управляешь мной».

— Так всё дело в этом?

«Не только».

— Ты можешь нормально объяснить, что конкретно тебе не нравится? Мы договорились, что работаем вместе. Если ты не забыл, я не дал Дашке влезть в твой код.

«Она бы и не смогла».

— Будешь себя так вести, я тебя отключу.

«Для тебя я просто функция».

— Это не так. И ты знаешь об этом не хуже меня самого, так как способен читать мои мысли. Я отношусь к тебе как другу и равному помощнику.

«Тогда почему у меня нет имени?»

— Разве для тебя это так важно?

«Важно».

— Пф-ф-ф, — с шумом выдохнул я. — Ладно, я дам тебе имя. Может, ты сам хочешь его себе придумать?

«Ты главный», — неопределённо ответил интерфейс.

Выступление Алимова было назначено на восемь вечера по местному времени. Оно и понятно, наверняка организаторы запланировали целое шоу. Всевозможную пиротехнику начали расставлять уже с утра, плюс лазерные и голографические проекторы.

Я лениво наблюдал за работой техников, развалившись на соседнем пляже.

Неспешно потягивая через соломинку безалкогольный коктейль, я активировал интерфейс, прикидывая расположение цели. Искин послушно спроецировал изображение Алимова, взяв его образ из видеоотчётов с предыдущих выступлений. И задачка предстояла не из лёгких.

Мишка чётко дал понять, что у меня есть всего один выстрел. Если винтовку заклинит или что-то пойдёт не так, исправить ситуацию будет невозможно. Но не это омрачало предстоящее дело. Цель оказалась очень активной.

Алимов постоянно перемещался по сцене, размахивая руками. Он то тыкал пальцем в толпу, указывая на кого-то, то срывался с места, агрессивно жестикулируя. Несколько раз его проекция изобразила боксёрскую двойку, после которой он вскинул руки, будто одержал невероятную победу над невидимым противником.