Онлайн книга «Новая фантастика 2026. Антология №10»
|
В комнате едва хватало места для двух кроватей, зато стоял настоящий мольберт. Удачные картины украшали стены, неудачные жались в углах, как наказанные дети. От запахов масла и акрила у Марго щипало в носу, но она не жаловалась. Бабушка Рита учила ее рисовать на холсте и красить губы, разрешала гулять допоздна и не заставляла есть овощи. Так они зажили вдвоем в маленькой квартирке на окраине Нижнего. Над городом летали чайки. Их здесь было много, как бродячих кошек. По утрам они будили Марго хриплыми, пронзительными голосами. Больше всего их, конечно, жило на набережной. Они кормились на свалках и возле рыбных магазинов, выпрашивали еду у прохожих, воровали с открытого прилавка булочной хлеб. Марго не любила чаек, но ей нравилось, закрыв глаза, представлять, что их голоса на самом деле доносятся с моря. Никаким морем здесь, конечно, и не пахло. Зато совсем близко бежали гиганты-реки: ледяная, глубокая Волга и более теплая, глинистая Ока. Там, где они сливались, вода казалась полосатой, будто сшитой из двух полотен ткани. Марго могла часами смотреть на быстрое течение, как завороженная. — Пойдем поглядим, как речки смешиваются! – по утрам просила она у бабушки. Набережных в Нижнем Новгороде было две. Одна располагалась прямо над второй, как балкон в театре. Верхняя опоясывала холм, нижняя спускалась к самой воде. Чкаловская лестница в шесть сотен ступеней соединяла их. Утром здесь продавали мороженое и холодный лимонад, ночью зажигали фонари. Иногда бабушка Рита и Марго покупали билет на канатную дорогу. Они катались с одного берега Волги на другой, ели пломбир в вафельном стаканчике и смотрели на реку. В ясные дни кабинки быстро перелетали с одного берега на другой. Если бушевал ветер, наоборот, ползли еле-еле, а то и вовсе останавливались на середине пути. Марго тогда становилось чуточку страшно, и бабушка, чтобы успокоить внучку, отдавала ей собственное мороженое. У самого берега Волги, на постаменте, покоился катер-герой. Его длинный птичий нос бросал тень на серые плиты набережной. На бортах любили отдыхать и чистить перья белокрылые чайки. В начале века он ходил по реке, выпуская кольца дыма из полосатой трубы, а теперь застыл на вечной стоянке. Издалека он был похож на детскую игрушку: Марго с такой купалась в ванной, когда ей было пять. Казалось, если надавать на палубу, зазвучит тонкий гудок. — Ночами в каюте катера-героя теплится свет и мелькает тень капитана, – говорила бабушка Рита. Она знала множество историй, порой странных, порой жутких или смешных. Это не было похоже на обычные сказки, которыми обычно убаюкивают внуков. Бабушка Рита плела узор из городских легенд и баек про призраков. Но больше всего Марго любила слушать про Петлю Чкалова. Бронзовый летчик стоял на постаменте из черного гранита. В солнечные дни его тень падала на верхние ступени лестницы, носившей его имя. Ее выстроили в форме восьмерки, с полукруглыми маршами и смотровыми площадками. — Говорят, если выйти к Чкаловской лестнице на рассвете, когда первый луч падает на ступени, она может вывести тебя в другое время, – рассказывала бабушка Рита. – Будешь подниматься – покажет будущее. Будешь спускаться – прошлое. Марго снизу вверх посмотрела на лестницу, похожую отсюда на перевернутый знак бесконечности. Сердце часто заколотилось в груди. |