Книга База 211. Том первый, страница 140 – Алексей Самылов

— The sun is on the left, we go west (Солнце слева, мы движемся на запад) — голос первого человека был еле слышен, но зато помехи стали не такие сильные.

И в этот момент радио словно выключили. Пошло ровное, еле слышное шипение.

— Именно это вы искали, Владислав Алексеевич? — ровным и теперь по-настоящему спокойным голосом, поинтересовался Николаев.

— Вот только без приключений, — ответил Свеев, слегка поморщившись.

— Так не бывает, — с наставительным тоном ответил Альберт Петрович.

— К сожалению, — нахмурился Владислав. — Ладно. Мне надо идти.

— Держитесь за веревку, Владислав Алексеевич, — ирония в голосе Николаева была практически не заметна.

Но она была.

* * *

А вот что делать тому, кто может успокоить всех? Владислав отчетливо понимал, он и сам находиться в шаге от того, чтобы не удариться в панику. Уже появились характерные признаки. Он постоянно сдерживался, чтобы не начать оглядываться. Он сделал над собой нешуточное усилие, чтобы снова шагнуть в туман, даже держась за веревку. Тело покалывало, руки сделались слегка влажными. Его начало потряхивать, то есть сейчас по его жилам гуляет натурально гремучая смесь.

Можно сколько угодно считать себя нордическим и стойким, но в какой-то момент произойдет та самая перезагрузка. И в этот момент человек не контролирует свои действия, так как управление отключается. И идет опора на базовые инстинкты. И надо противопоставить этому другой, не менее базовый инстинкт. Например, самосохранение. Если проще, то нужен реальный враг, которого можно крушить и убивать. Или… Да.

Луиза вскинула брови, когда открыла дверь и увидела мрачного Свеева. А мужчина молча тут же вошел в комнату. Остхофф закрыла дверь… И оказалась натурально в тисках объятий. Мужчина прижал ее спиной к себе и уже потащил вниз тренировочные штаны, которые Луиза носила вместо домашней одежды. Жадные руки пробрались под футболку, стиснули полушария грудей. И никаких поцелуев, Влад действовал напористо, даже несколько грубо. Луиза, честно говоря, находясь в некоторой растерянности, даже понять не успела, когда оказалась лежащей грудью на столе. И только ахнула, когда он вошел в нее…

… Он натурально драл ее. Луиза еще никогда не чувствовала себя именно так. Самкой. Самкой, которую имеет сильный самец. Даже раньше со Свеевым все было более привычно. А сейчас он словно… Женщина крепко зажмурилась, прикусывая губу. Наслаждение настигло ее, прокатилось волной по телу, вытягивая его в струну. А Свеев все продолжал насаживать ее, потом рыкнул и двинул бедрами так, что Луиза уперлась головой в стену…

…- Ну, и что это было? — спросила Луиза… с удовольствием растянувшись на стуле.

— Небольшой сеанс психологической разгрузки, — ответил Свеев, уже приведший себя в порядок.

То есть убрав… инструмент и застегнув ширинку. А вот Остхофф пришлось использовать салфетки, перед тем как штаны обратно натянуть.

— Свеев, а ты не боишься, что после… — Луиза показала на себя и изобразила руками, будто мяч перед животом держит.

— Мы взрослые и обеспеченные люди, — спокойно ответил Влад.

Луиза даже слегка оторопела от такого ответа.

— Я тебе дать обеспеченного! — с гневом произнесла она. — Ты что, совсем тут рехнуться?

У нее даже стал акцент немецкий более заметным. Прямо таки залязгало. А Владислав усмехнулся ее словам, как хорошей шутке.

— Знаешь, я думаю, что мы одновременно зря и не зря сюда полезли, — произнес мужчина.

— Ты это о чем? — недоуменно свела брови Луиза.

— Да есть тут… пища для размышлений, — ответил Владислав. — Ладно, мне надо идти.

— То есть ты пришел, трахнул меня и пошел? — сделала суровое лицо Остхофф.

— Ага, — просто ответил Влад. — И не надо говорить, что тебе это не понравилось.

— Scheißkerl, — процедила Луиза.

— И ты мне тоже нравишься, feuriges Mädchen, — с ухмылкой ответил мужчина, вставая.

Подойдя к женщине, он поцеловал ее в губы. В ответку его укусили. За губу. Нижнюю. Довольно больно.

— Как-нибудь повторим? — усмехнулся Владислав.

* * *

В абсолютно непроницаемо белом тумане, в полной тишине, на волнах переваливалось довольно большое судно. Его ходовая рубка и вообще все помещения были пусты. Иногда раздавалось негромкое металлическое позвякивание. На борту судна чернело буквами название:

«CYCLOPS»

Конец первого тома