Книга Ты будешь моей, страница 56 – Luna Gold

Тут мне в голову пришла идея. Я не возвращалась к моменту аварии, только мысленно. А новости, тогда меня мало интересовало что либо. Я так старалась не впасть в депрессию, потом побег на остров, Рома, знакомство и побег с Тимом. Все закрутилось, я даже не была на похоронах. Они вообще были? Или как сейчас модно, брат кремировал его? А люди, стрелявшие в нас? Их нашли? Посадили? Почему все эти мысли начали приходить в мою голову только сейчас?

Я взяла комп и раскрыв, напечатала в поисковике: «Громов Кирилл Леонидович».

Он выдал много информации. Всякой разной!? Я пролистала новости и наткнулась, на интересующие меня статьи.

«Нападение на прокурора области…»

«…тяжелое ранение….»

«….прокурор в коме…»

Что?! Папа сказал, что все кончено. Неужели, он обманул меня? Я пролистала много много текста, вчитывалась как ненормальная, но нигде не находила ни слова об убийстве или смерти.

Не обращая внимания на время, я схватила телефон и набрала отца. Через три гудка, в трубке послышался сонный голос папы.

— Ало!? Диана?! Что-то случилось? — взволнованно произнёс он, начиная понимать кто звонит.

— Папа, он жив? — не стала даже вспоминать о приличиях. Отец молчал. Он не спросил кто? Значит понял о ком я.

— Доченька… — начал, но запнулся.

— Просто ответь на вопрос отец. — мои щеки промокли от слез, в глазах все расплывалось, а сердце сжало тисками ожидания.

— Да Диана, он жив.

Я прикрыла рот рукой. Мне не хватало воздуха, понимание услышанного постепенно приходило ко мне.

— Почему ты не сказал мне?

— Он просил не говорить, взял с меня слово. Диана я хотел, но сначала его брат, потом и сам Кирилл запретили. Только попросил твой номер.

О боже!?

Как же так?!

Он… мой незнакомец…они… не могу поверить!?

А папа продолжил.

— Два месяца он был в коме, потом пришёл в себя, но не мог ходить. Пуля что-то задела и пострадала способность передвигаться. — я закрыла глаза и провела рукой по волосам, заставляя себя успокоиться. Рука вернулась ко рту и я сильно прикусила кулак. Эта боль была каплей в море, по сравнению с той, что я сейчас испытывала.

— Долго понадобилось на реабилитацию, мы с мамой навещали его несколько раз. Врачи сказали, что шанс есть, но незначительный. Кирилл считал, что тебе лучше без него. Говорил, что возможно никогда не станет на ноги и не хочет обременять тебя инвалидом. Я не мог ему перечить. А потом в один из дней, я нашёл его, стоящим на тренажёре. Он решил бороться. Я не знаю, что изменилось, но он упорно, не жалея себя, стал бороться. Он заново учился ходить. Он очень сильный человек Диана, достойный уважения. — больно. Как же больно. Я должна была быть с ним, помогать и поддерживать. А я?

Вместо этого я жила, далеко, не была рядом. Все новые и новые уколы боли пронизывали моё сердце.

— Всего пол года ему понадобилось, чтобы встать на ноги. Да это не реально вообще. Не знаю, что им руководило? Только он смог.

Больше я не слушала папу. Моё внимание привлекла машина, что стояла прямо под окнами. В ней загорелся свет, когда дверца открылась.

— Прости, я перезвоню. — поспешила я положить трубку, присматриваясь к мужчине, выходящему из салона автомобиля.

Глаза тут же наполнились слезами, а ладони легли на стекло. Мой взор, мое тело, мой разум, все пыталось в мгновение оказаться рядом с этим силуэтом, на малоосвещенной, ночной улице Питера. Города любви и надежды.