Книга Такая разная любовь, страница 61 – Елена Архипова

Олеся по дороге в гости к Марусе и к Вячеславу, с которым она была знакома лишь заочно, заехала в кондитерскую и купила тортик. Думала о булочках, но, увидев этот торт с безе, выбрала его. Маруся любит такие тортики, чтобы было безе между коржами и шоколадный крем.

Когда-то бабушка пекла волшебные булочки с маком и с корицей, а еще с изюмом и орехами, и пирожки с повидлом, яблоками и корицей. Ох, а ватрушки какие вкуснющие были.

Эх! Давненько сама Олеся не пекла булочек по бабушкиному рецепту. Не для кого ей их печь. Рецепт предполагает большое количество булочек на выходе. А для кого? Для Лары? Засмеет, как всегда, в своей покровительственно-снисходительной манере. Да и с чего бы Олесе печь для нее булочки?

Для Сержа? Перетопчется! Пусть ему Лара их печет. Хотя, о чем это она? Где Лара, и где булочки? Лара же не умеет. У них дома повар готовит.

Для себя? Так от булочек только 10 секунд во рту сладко, потом 10 часов в желудке тяжело, и всю жизнь на попе целлюлит. Пирожки и булочки в таком количестве пекут только своим любимым и близким.

Бабушка, правда, еще пекла их своим ученикам на Дни рождения. Особенно тем, кто рос в детском доме. Таких учеников бабушка любила почти как родных. Олеся, будучи ребенком, даже обижалась на бабушку за это. Боже, какая же глупая она тогда была!

— Понимаешь, Олесь, они ведь не виноваты, что живут в детском доме. И они не хуже, а иногда даже лучше тех, кто живет с родителями. Просто их никто так не любит, как люблю тебя я.

Так бабушка объясняла, когда оставляла ей, своей родной внучке, всего три булочки, по одной с каждой начинкой, унося полное блюдо булочек в школу. Марусе тоже перепадало бабушкиных булочек, если подруга была рядом.

— Им же никто не испечет таких булочек, понимаешь? Зато ты можешь испечь их потом сама просто так, а не только на день рождения.

Бабушка, конечно, почти всегда была права, но только не в случае с булочками. Просто так Олеся их никогда не пекла. Ни разу.

А вот для Маруськи бы она их точно испекла просто так, впрочем, Маруська и сама умела такие печь. Бабушка их обеих научила.

— Как же давно это было. Как в прошлой жизни. Олеся, Олеся, куда ж ты катишься? Не сейчас, а вообще? – усмехнулась она.

Проезжая мимо дома Гарика, Олеся вжала голову в плечи. А вдруг он сейчас увидит ее? Нет, она, конечно, вчера была не права. Закатила мужчине истерику, дура! Он – все для ее удовольствия, а она в ответ – истерику. Надо бы извиниться перед ним. Надо только с духом собраться и поехать.

Булочек, может, ему напечь? Промелькнувшая мысль удивила Олесю.

— Гарик, миленький, прости меня, дуру грешную, и прими в дар эти булочки! Так что ли? Да и ест ли он булочки? Видела она его тренированное тело. Какие там булочки? Наверняка персональный повар готовит для него строго сбалансированную еду – белки, жиры, углеводы. Все строго просчитано и выверено.

— А вспомнит ли он тебя, Олеся, уже через несколько дней? Он ведь и в пятницу ждал кого-то, а случилась ты на обочине. У таких мужчин, как Гарик, женщин, как блох на Барбоске. Это же очевидно. Богат, красив, а еще умелый любовник, – Олеся усмехнулась, поняв, что говорит вслух.

Озвучив последний комплимент Гарику, Олеся почувствовала, как внизу живота стало горячо. Ведь она не соврала вчера Марусе, когда сказала, что у нее не было таких мужчин: внимательных, чутких, ласковых. А еще таких, ненасытных в постели, любовников и нежадных на подарки мужчин. Мечта, а не мужчина! А она ему истерику. Ой, дура!