Книга Научи меня жить, страница 108 – Елена Архипова

— Уснула? – Настя повернулась на звук шагов Влады. – Утомила она Вас опять сегодня, да?

— Нет, не утомила. Совсем не утомила. Я буду скучать по общению с ней.

Владислава улыбнулась и шагнула к кофемашине, включила ее и шагнула к холодильнику за своим молоком. Ей понадобилось время, чтобы сморгнуть набежавшую вдруг слезу.

— Так не уезжайте, – предложила Настя несмело.

— Да, мам, не уезжай. Оставайся! Живи здесь, с нами, мы будем только рады, если ты решишь остаться! – поддержал уже и Виталий свою жену. – Я понимаю, что ты не вернешься к отцу. Сейчас уже понимаю это. Тебя понимаю, не его, хоть я сам и мужчина. И мам, прости меня за тот наш разговор. Говорю это при Насте, хочу, чтобы и она знала, какой я был эгоистичный дурак тогда. Повелся на слова и убеждения отца. Сейчас уже и сам вижу, что был неправ. Мам, я рад, что ты не держишь на меня зла, но я не хочу так и дальше жить! Я не готов… Мы не готовы к жизни без тебя в нашей жизни! Мам, я понимаю, что у тебя уже давно своя жизнь без нас всех, но я хочу, чтобы ты знала, что мне очень стыдно за те свои слова.

— Виталь, – Владислава попыталась что-то сказать, но сын остановил ее:

— Мам, позволь, я договорю, ладно?

Владислава молча кивнула, сейчас она боялась заговорить. Боялась того, что слезы польются, выдавая ее настроение. Душа рвалась на части.

— Мам, ты имеешь право на свою жизнь. Я же вижу, что ты встретила там другого мужчину. Мам, ты сияешь! Я не соврал тебе там, в больнице у отца. Ты стала другой. Ты всегда была красивой женщиной, но сейчас ты как будто светишься вся изнутри! Поезжай к нему, мам! Ты имеешь право на личное счастье. Просто ты знай, что твой дом здесь, с нами, ладно? И знай, что его двери всегда для тебя открыты. А мы будем теперь звонить тебе по видеосвязи. Надюшка будет тебе рассказывать свои новости, а мы с Настей свои. Обещаем, правда, Насть? – невестка кивнула, хоть и у нее стояли слезы в глазах.

Владислава шагнула к сыну и невестке, прижимавшейся сейчас к мужу и явно державшейся из последних сил, чтобы не расплакаться, и, раскрыв объятия, обняла их обоих и сразу.

— Люблю вас, дети! – проговорив это, Владислава все-таки расплакалась.

— Ну вот, устроили тут потоп! – Виталий гладил жену и мать одновременно по волосам. – Эх, женщины! Радость – вы плачете, горе – вы опять плачете! Сейчас-то чего ревем, а?

Настя и Владислава рассмеялись одновременно. Рассмеялись сквозь слезы.

— Все, все! Не плачем больше, да, Настюш?

— Да, не плачем, мам! – девушка чуть ли не в первый раз назвала свою свекровь так и улыбнулась смущенной улыбкой.

О забытом на тумбочке телефоне Владислава вспомнила, лишь войдя в свою комнату и увидев его. На нем было десять не отвеченных вызовов и ровно столько же сообщений. И звонки, и сообщения все были от Герберта.

Она перечитала сообщения от него, и ее рука сама потянулась набрать его номер, но, глянув на часы, поняла, что он уже наверняка спит. Проверив наличие авиабилетов на завтрашнее число, Владислава сначала купила билет, а потом скинула в сообщении Герберту номер своего рейса и время прилета. Решив, что он, если сможет, значит, встретит ее в аэропорту. Нет, значит, просто будет знать, во сколько она прилетит. А вот только лишь за своими вещами она туда летит или к нему и насовсем – это уже время решит.