Книга Научи меня верить, страница 76 – Елена Архипова

Не надо быть гением, чтобы догадаться, что за данные были собраны в этой папке. Перед генералом лежала папка с данными биографии Александра. И можно было быть уверенным в том, что в ней была собрана вся его жизнь: от первого, выбитого им еще в первом классе, зуба до адреса спортзала, в который он ходит два раза в неделю.

Генерал же тем временем продолжил свой монолог:

— Хотя то, что ты воротил еще семь лет тому назад, конечно, ни в какие ворота не лезет. Да и не сильно уже молодым ты тогда был, согласись. Пора было уже давно за ум взяться, а не ввязываться в сомнительные сделки с криминальными личностями. И это я еще не говорю о том, КАК ты с другом и его дочерью собирался поступить.

Генерал замолчал, глядя на Александра. Молчал он не потому, что ждал возражений или, того пуще, оправданий от него. Не было у Александра ни возражений, ни оправданий. И они оба это знали.

— А вот теперь скажи мне, Александр Михайлович Петров, ты сам хотел бы, чтобы твоя единственная и любимая дочь стала женщиной такого, как ты? – задал генерал риторический вопрос. – Думаю, что нет, не хотел бы ты этого. И повторюсь: сменить номер телефона, а заодно и сократить круг лиц, которому ее новый номер известен – это была целиком и полностью инициатива Олеси.

— Я Вас услышал, и я все понял.

Александр встал из-за стола и вышел не прощаясь. Кого интересует политес, как, впрочем, и его собственные чувства? Правильно, точно не генерала Тихого, защищающего свою единственную дочь.

С того памятного дня прошло три месяца, а Александру казалось, будто разговор этот состоялся вчера. Олеся не покидала его снов, но прав был ее отец, такого, как он, с его багажом ошибок, эта светлая и чистая девочка точно не заслуживала.

Умом он это понимал, а вот сердце не отпускало, и Олеся приходила к нему каждую ночь, называла его «Мой Саша», произнося его имя на свой манер, растягивая гласные и улыбаясь. Она тянулась к нему за поцелуем как в то их единственное утро. И там, в своих снах, он отвечал ей на ее поцелуи нежно, горячо, страстно.

А потом он просыпался. Один, в своей постели, с бешеным стояком. И дело было не в том, что после Олеси он не был ни с одной женщиной. Других он не хотел. Не мог. Даже в мыслях не видел рядом с собой другую. Дело было в том, что хотел Александр только ее, свою нежную и чистую девочку Лесю.

Сбросить утреннее напряжение можно было двумя известными способами: самоудовлетворение или контрастный душ. Для первого он был уже не в том возрасте. Александр просыпался, понимал, что Леси рядом нет, и шел под контрастный душ.

Сегодняшнее утро не было исключением. Впрочем, нет, было.

Сегодня они с Марго едут в центр гинекологии. То, что они оба с бывшей любовницей уже далеко не в том возрасте, когда обычно становятся родителями, понимал, казалось, только он один. Как и то, что у таких родителей, как они, многократно возрастает риск родить детей с серьезными проблемами здоровья. Для того, чтобы не проходить через весь ад с лечением, а чаще с элементарным поддержанием жизни ребенка, необходимо было сдать анализы. И ему, и Марго.

Его возраст, употребление им не только алкоголя, сигарет, но и прочих средств, одурманивающих и отравляющих организм и рассудок, могли наложить след на его гены. Марго тоже не была монашкой ни в молодости, ни сейчас. Для таких, как он и Марго, давно уже придумали подобную диагностику здоровья плода.