Книга Люблю тебя, страница 135 – Инна Инфинити

— Спасибо, Лиля. Нормально себя чувствую. Правая сторона тела практически восстановилась до уровня левой, речь тоже пришла в норму. У меня были хорошие врачи в Германии и тут тоже хорошие. Я несколько дней в неделю занимаюсь с докторами. Повезло, что инсульт не задел самые важные участки мозга.

Я присматриваюсь к тете Жене и замечаю, что почти все она делает левой рукой. Хотя она правша. Но если бы тетя Женя не обратила мое внимание на то, что в инсульте у нее пострадала правая часть тела, сама бы я этого не заметила. И разговаривает она так же хорошо, как раньше. Ну разве что чуть-чуть медленнее.

Евгения Владимировна ставит на барную стойку вторую кружку кофе и садится напротив меня. Я предчувствую, что сейчас что-то будет, поэтому инстинктивно напрягаюсь.

— Лиля, — начинает и на секунду замолкает. Сделав вдох, продолжает: — Я хочу сказать тебе, что я не против ваших с Никитой отношений. Даже больше — я рада, что вы снова вместе. Я рада, что мой сын решил связать свою жизнь с нормальной приличной девушкой, а не с какой-то моделью или актрисой, которая неизвестно какими путями пробила себе путь на экран.

Опешив, я таращусь на тетю Женю, не притрагиваясь к кофе. А вот она берет свою кружку в левую руку и делает маленький глоток.

— Что касается ваших отношений тогда, я не то чтобы была против… — тетя Женя будто подбирает слова. — Пойми, я не была против тебя конкретно. Никите было девятнадцать лет, его карьера в большом футболе только начиналась. Перед Никитой были открыты огромные перспективы. И я очень боялась, что мой сын свернёт не туда.

Она делает паузу, я замечаю в ее глазах слезы.

— Под «не туда» я имею в виду плохую компанию, употребление наркотиков, криминал…

— И серьёзные отношения с девушкой, — перебиваю.

— Да. Серьёзные отношения с девушкой в моем представлении это тоже было «не туда».

У меня вырывается горькая усмешка.

— Вы думали, я заставлю Никиту бросить футбол? Или что?

— Нет, я не думала, что ты заставишь его бросить футбол. Но я опасалась, что у Никиты изменятся приоритеты. Я опасалась, что футбол уйдет на второй план, а на первый выйдет девушка. Не обязательно ты. Я же говорю, я не была против конкретно тебя. Это могла быть любая другая девушка, с которой он бы начал серьезно встречаться.

Мне становится смешно.

— Теть Жень, ну это же так глупо! Никакая девушка не смогла бы выйти у Никиты на первое место.

— Я видела, как он на тебя смотрел. Ни на одну девушку Никита никогда не смотрел так, как на тебя.

У меня перехватывает дыхание. А тетя Женя продолжает:

— Он был влюблен в тебя по уши. Это было видно невооруженным глазом. Он пустил тебя на свои матчи. Никого никогда не пускал, всей семье, всем родственникам запрещал приходить, а тебя пустил. Это очень много значило. Конечно, я переживала, что Никита будет пренебрегать футболом из-за ваших отношений.

Слышать от постороннего наблюдателя, что Никита был влюблён в меня и как-то по-особенному на меня смотрел — это бальзам на мою израненную душу.

— А сейчас не переживаете?

Она делает новый глоток кофе.

— Сейчас его карьера состоялась. К тому же уже возраст задуматься о семье. А девятнадцать лет, согласись, это все-таки не тот возраст, когда нужно жениться.

Знали бы вы, тетя Женя, что еще совсем недавно я требовала от Никиты бросить футбол и умышленно не забить пенальти. Наверное, не разговаривали бы со мной так мило и не угощали своим эксклюзивным колумбийским кофе, который Никита заказывает специально для вас за сумасшедшие тысячи долларов.