Книга Люблю тебя, страница 108 – Инна Инфинити

Лиля отворачивается от меня, опускается руками на кухонный стол. Ее плечи затряслись. Плачет. Хочу подойти к ней, а не решаюсь. Все, что произошло с Лилей, случилось исключительно из-за меня. И нет мне никакого прощения.

— Встречаться со Славой не обязательно, — продолжаю говорить. — Но я хочу получить от него подтверждение, что московский клуб просил продать не меня, а Довлатова. Может, даже деньги ему предложили. Поэтому Слава как продавец активно впаривал немцам именно Тимура, но они все равно выбрали меня. И понятно теперь, почему на финальном матче того сезона, когда Довлатов отвратительно играл и подводил команду, тренер не заменил его на другого игрока.

Лиля выпрямляется, делает глубокий вдох, вытирает слезы. Поворачивает ко мне заплаканное лицо с потухшими глазами. У меня сердце кровью обливается.

— Расскажи мне все подробно. Я хочу знать, как все было от начала и до конца.

— Хорошо. Что-то мне рассказал Шмуля, до чего-то я догадался сам. У меня сложился полный пазл. Думаю, именно так все и было.

— Расскажи, — требует.

И я начинаю рассказывать всю картину событий, которая четко нарисована в моей голове.

Нападение на Лилю задумал менеджмент клуба. А именно, основной акционер и генеральный директор в одном лице. Он купил контрольный пакет акций клуба за пару лет до того, как я пришел в него играть. Вернее, не купил, а получил в подарок на день рождения от отца. Я мало общался с акционером, но запомнил его как достаточно молодого и немного зажравшегося парня лет тридцати. Но при этом он хорошо разбирался в футболе, был настоящим фанатом и горел идеей сделать клуб лучшим в России и одним из лучших в Европе. По российским меркам он и так был не плох, но все же не лучший, а до европейского уровня и вовсе, как до Китая пешком.

Тренер вряд ли был в курсе задумки удержать меня любой ценой, это просто наемный работник. Но при этом тренер не поменял Довлатова на финальном матче, несмотря на отвратительную игру. Почему? Я думаю, поступила команда от акционера не убирать Тимура с поля. Хотя акционер не может вот так открыто вмешиваться в решения тренера в разгар матча, но когда у нас соблюдались правила?

Правда, остается непонятным, почему на том финальном матче тренеру не приказали убрать с поля меня, чтоб меньше красовался перед немцами. Тем более я сильно повредил колено, была причина заменить меня на другого игрока. А мне даже доверили бить пенальти. Тут у меня только одно объяснение — клуб не хотел, чтобы был проигрыш в том матче. Все-таки он был важным. А если бы с поля убрали меня и оставили Довлатова, который вёл себя как придурок, то проигрыш команде был бы гарантирован.

Клуб делал на меня ставку, поэтому не хотел продавать. А как было меня удержать? Ну могли не продавать до конца моего контракта, но потом бы контракт закончился, и я сам бы не подписал новый, получив заманчивое предложение от другого европейского клуба. А так менеджмент хотя бы выручил за меня деньги. Небольшие, потому что я тогда мало стоил, но лучше, чем ничего.

Но клуб отчаянно искал способы меня удержать. В том числе грязные, противозаконные способы. Увидели, что на каждый матч ко мне приходит девушка. Потом я сам в интервью официально подтвердил отношения с Лилей. Решили удержать меня через нее. На самом деле на месте Лили мог бы быть любой другой важный для меня человек. Мама, например. Или отец. Но они же не ходили на мои матчи, их не видели и не знали. А Лиля вот она, сидит на каждой игре в секторе А и даже ездит со мной в другие города.