Книга Развод с мужем. После, страница 53 – Инна Инфинити

Настя рыдает и топает ногами, мама пытается ее успокоить.

— Она всегда так? - интересуется Матвей, чуть схмурив брови.

— Недавно стала.

— А почему?

— Не знаю. Наверное, очередной детский кризис. У них такое бывает периодически. В год, в два, в три. Ну и позднее тоже бывает.

— И что с этим делать?

— Да ничего. Ждать, когда пройдёт.

— А Настя уже разговаривает?

— Да, но не большими предложениями. Она рано заговорила. У нас во дворе на детской площадке раньше трех лет никто не начал говорить, а Настя уже в два разговаривает.

О, это моя любимая тема! Я очень рада, что Матвей спросил. Настя начала говорить рано, и я этим безумно горжусь. «Мама» и «баба» стала говорить в восемь месяцев, причем именно как обращение ко мне и к бабушке. В год уже вовсю произносила слоги и короткие слова из четырёх-пяти букв. Но, конечно, это были не слова из русского языка, а какие-то ее собственные слова. Например, Настя очень часто говорила «дагм». Ходила по квартире и лепетала «дагм, дагм, дагм». Я до сих пор не знаю, что это означало. Настя не замолкала целыми днями. Из нее буквально лился поток ее собственных младенческих слов.

Впервые дочка выразила желание словами в год и месяц, сказав «да тяу». Это означало «дай чай». Сейчас в почти два с половиной года Настя выражает словами свои желания и просьбы, говорит предложения из трех-четырёх недлинных слов. Но большие предложения и длинные слова пока говорить не может.

— Я тоже рано начал говорить. Надо уточнить у отца, но мама вроде рассказывала, что я заговорил в полтора года. Так что этим Настя, наверное, в меня, - произносит не без гордости.

— Мммм, понятно, - разочарованно тяну. - А я думала, Настя рано начала говорить, потому что я с ней занималась: читала книги, показывала карточки для запуска речи, разучивала звуки животных и делала пальчиковую нейрогимнастику.

— Я думаю, это тоже помогло. Хорошая генетика плюс занятия, вот и результат.

За стенкой стало тихо. Мама усмирила Настю.

— Пойдем? - Матвей первый предлагает.

— Пойдем.

По позвоночнику пробегает озноб. Да ладно, ничего страшного, успокаиваю себя. Настя, наоборот, должна обрадоваться.

Я открываю дверь в ее комнату и заглядываю. Мама играет с Настей в мяч. Дочка в носках, но с красным от слез лицом. Вот так с ней все время. Без крика ничего не делает.

— Настюша, - ласково произношу. - А к тебе кто-то приехал.

— Кто?

— Помнишь, ты спрашивала про папу?

— Да.

— К тебе приехал твой папа.

Дочка округляет глазки, а я крепче хватаюсь за дверную ручку. Набравшись смелости, открываю дверь шире. Прохожу в комнату и впускаю Матвея. Он переступает порог, я успеваю заметить дрожь в его пальцах.

— Привет, Настя, - улыбается.

Дочка роняет мяч, испуганно отшатывается назад. Несколько секунд смотрит на Матвея, а потом заходится новой истерикой.

Матвей

Настя падает и начинает кататься с криком по полу. Я прирос к одной точке и в шоке смотрю, не зная, что делать и как реагировать. Она это из-за меня?

— Настенька! - бросаются к ней одновременно Юля и ее мама.

Бывшая жена поднимает дочку с пола, обнимает, прижимает к себе. Настя смотрит на меня поверх Юлиного плеча и кричит. Потом вырывается из Юлиных объятий и снова принимается кататься по полу, дергая руками и ногами.