Книга Я тебе изменил. Прости, страница 58 – Инна Инфинити

Земля поплыла у меня под ногами. Я зарыдала пуще прежнего. Но теперь уже от счастья. Давид не просто не бросил меня, не засомневался, что ребенок его, а оказался очень рад и сделал мне предложение. В тот же день мы отправились за кольцами в ювелирный, а потом к моим родителям: объявлять о нашей скорой свадьбе и о беременности.

Через девять месяцев у нас родилась Майя. Мы жили в квартире Давида, он работал айтишником в крупной компании, получал очень приличную зарплату и пробовал начать собственный айти-бизнес. А я взяла в институте академ на год и сидела с ребенком. Мы были абсолютно счастливы.

Поэтому мне кажется крайне странным, что Тимур не женился на своей любимой девушке, когда она забеременела. Еще более странным мне кажется, что он уехал, оставив и девушку, и дочку. Я даже в самом страшном сне вообразить не могу, чтобы Давид вот так оставил меня с Майей и поехал жить в другую страну, просто потому что ему так захотелось.

Даже больше: у Давида была возможность уехать, но он отказался из-за меня и Майи. Его друг, Арбатов, который давно и успешно жил в США, предлагал Давиду тоже переехать. Муж тогда спросил меня, что я об этом думаю. Я сказала, что не хочу переезжать в другую страну, и Давид ответил Арбатову отказом. Больше вопросы переезда у нас никогда не поднимались.

Казалось бы, сравнение Тимура и Давида не в пользу первого. Вот только Тимур в отличие от моего мужа своей девушке и матери своего ребенка никогда не изменял.

По коридору раздаются шаги Майи. Вздрогнув, я прогоняю из головы картинки счастливого прошлого с Давидом. Время, проведенное в воспоминаниях, — потерянное время.

Глава 31. Внук

Тимур

Мимо меня по тротуару проносится доставщик продуктов из популярного сервиса, и грязь от колес его не то велосипеда, не то мопеда летит прямо на мои белые кроссовки. Чёрные капли падают небрежными кляксами на носы и шнурки. Я смотрю на свою обувь и чувствую, как горлу подступает тошнота. Память сразу меняет черные капли на красные, а нос вместо холодного весеннего воздуха ощущает металлический запах свежей крови.

Сглатываю тошноту и усилием воли прогоняю воспоминания из раннего детства.

— Придурок, — вырывается вслед уехавшему курьеру.

Сажусь в машину, завожу мотор и еду к бабушке. Пора навестить ее.

Я один раз солгал Вере во время игры в голую правду. Я сказал, что никогда не видел своих родителей. Это не так. У меня есть одно воспоминание о них — как на глазах у меня двухлетнего отец с такой силой ударил мать, что она не устояла на ногах, упала виском на угол кухонного гарнитура и рухнула на пол к моим ногам. Кровь из ее рассеченной головы брызнула на меня, и маленькие красные пятна покрыли мою светлую одежду, мои руки и мое лицо, а нос уловил запах крови. Алая лужа под маминой головой растеклась по полу и намочила мои пальцы в смешных детских носках.

Больше я никогда не видел своих родителей. Мама умерла в тот же день в больнице, а отца посадили и через несколько лет он скончался в тюрьме. Меня вырастила бабушка по отцу. Родители мамы отказались от меня, потому что я «отродье того ублюдка, что убил их дочь».

— Ба, привет! — открыв дверь своим ключом, прохожу в квартиру. — Ты дома?

Из зала доносится звук работающего телевизора, и через несколько секунд выходит бабушка.