Книга Помнишь, я тебя любила? Забудь!, страница 37 – Инна Инфинити

— Пироженка, но зато он теперь точно знает, что у тебя есть парень, с которым ты счастлива. И в среду, когда ты пойдешь с ним гулять, у вас просто будет прогулка брата и сестры. Ты ведь этого хотела?

— Я убью тебя, придурок. — Цежу тихо сквозь зубы. — Я не давала тебе разрешения целовать меня. Иди ты в задницу, мерзавец хренов!

Я высвобождаюсь из его рук и мчусь в нашу комнату. Когда обессиленно опускаюсь на кровать, чувствую, как дрожу всем телом.

Гребанный мерзавец-эгоист! Проиграл в эту дурацкую игру, но все равно решил показать Саше свое превосходство над ним. И плевать ему на меня.

Дверь распахивается, и Глеб влетает следом за мной.

— Пироженка, ну не сердись, это же просто поцелуй.

Я подскакиваю с кровати и налетаю на него с кулаками.

— Чертов эгоист! Думаешь только о себе!

Глеб снова хватает меня за запястья и силой удерживает их.

— Кать, успокойся. — Говорит строго и серьезно. Я тяжело дышу и готова просто порвать его на куски.

Мерзавец! Хам! Эгоист!

— Ты чертов эгоист и мерзавец, который использует людей. Не понравилось проигрывать, и ты все равно решил показать свое превосходство?

Он секунду просто смотрит мне в глаза.

— А если я скажу, что поцеловал тебя, потому что захотел этого?

Я оторопело на него смотрю. Что?

— Я же для тебя заказчик, а не девушка!

— Кажется, я все-таки переквалифицировал тебя в категорию девушек.

Глеб продолжает крепко сжимать мои запясться. Он смотрит мне ровно в глаза, и на его лице сейчас нет и тени усмешки или какого-то другого знака, выдающего его игривое настроение. Нет, Мерзавец сейчас очень серьезен и, кажется, действительно не шутит.

— А вот я тебя в категорию парней не переквалифицировала. Ты для меня так и остался поставщиком услуги, за которую я тебе заплатила деньги!

И вот сейчас он разводит губы в своей привычной скептической ухмылке.

— Ты обманываешь, Пироженка. Ты целовала меня в ответ. И давай ты все-таки не будешь строить из себя жертву? Тебе все понравилось.

Да, больше на его лице нет и тени серьезности. Теперь Мерзавец снова стал собой и издевается.

— Иди в задницу! Знать тебя больше не желаю!

— Тебе осталось потерпеть меня всего два дня. Даже полтора.

— Поскорее бы они уже прошли!

Мерзавец смеется и отпускает мои руки. Он крепко держал меня за запястья, так что я сейчас растираю их ладонями. Наверняка останутся красные следы.

Глеб валится на кровать и закидывает руки за голову.

— Пироженка, ты просто невыносима.

— Ребят! Идите обедать! — Доносится снизу Машин крик.

А меня ее приглашение словно бьет током. Мысль о том, что я сейчас должна буду встретиться с Сашей меня пугает. С одной стороны, я этого и хотела — чтобы он знал, что я его больше не люблю. Но с другой стороны… А с другой стороны, я теперь не знаю, как смотреть ему в глаза. Одно дело, когда у тебя есть парень, с которым ты максимум держишься за ручку, а другое дело — когда ты с ним прилюдно целуешься.

Когда мы с Глебом заходим на кухню, нам открывается прекрасная картина того, как Маша стоит в Сашиных объятиях. Завидев нас, они тут же друг от друга отстраняются, вот только поздно, я уже все увидела.

За столом разговор снова поддерживают преимущественно Маша и Глеб. Мое настроение опустилось ниже плинтуса, поэтому я просто вяло ковыряю в тарелке. А внутри меня отнюдь не вяло ковыряет чувство, которое я не испытывала очень давно — ревность. Я хорошо его помню с тех времен, как Саша встречался с Аней.