Книга Не бывший, страница 48 – Инна Инфинити

А я не то что не спал с Алиной, я даже не прикасался к ней. В первую очередь потому что она сама держалась от меня подальше. Алине словно претила мысль находиться со мной ближе, чем на расстоянии метра. Мать моего ребёнка сильно изменилась с того момента, как мы с ней расстались в Сочи. Внешне это была все та же девочка с набережной, но внутренне… С каждым своим приездом я не узнавал Алину.

Теперь это была уверенная в себе молодая женщина. Из глаз ушли детская наивность и вера в добро. Алина разговаривала со мной только по делу, всем своим видом давая понять, что ей некогда тратить на меня время. Теперь Алина знала цену времени. Иногда, глядя на Алину, я задавался вопросом: «У нее есть кто-нибудь?». Я не спрашивал, но был уверен, что есть. Такая красивая и уверенная в себе девушка не могла быть одна.

Мне было больно от осознания, что рядом с моим сыном находится другой мужчина. Я представлял, что однажды Алина выйдет замуж, и Миша станет называть папой другого человека. Мой сын рос, а я этого не видел. Он уже хорошо разговаривал, многое понимал. А я находился за тысячи километров от него.

С каждым днем я все больше превращался в своего собственного отца. Эта мысль приводила меня в ужас. Я становился человеком, которого ненавидел больше всего на свете. В детстве я мечтал о папе. Загадывал его на каждый праздник. Когда в квартире звонил домашний телефон, я несся к нему с криком: «Это папа мне звонит!». И каждый раз это был не он. Тогда у меня в груди разливалось чувство горького разочарования.

Родители развелись, когда мне было семь лет. Первое время отец общался со мной, приезжал, навещал. Но с каждым разом это становилось все реже. А потом он женился второй раз, у него родились новые дети, и он совсем забыл обо мне. Даже алиментов матери не платил. Потому что в новой семье деньги были нужнее.

Я прекрасно помню момент, когда дома зазвонил домашний телефон, а я больше не побежал к нему с криком: «Это папа!». Я делал уроки, а мама только вернулась с работы. Она пыталась что-то приготовить из тех немногих продуктов, которые были в холодильнике. И вот телефон издал трель. Я поднял голову от тетради и посмотрел в открытую дверь своей комнаты. С моего места за письменным столом хорошо был виден телефонный аппарат на тумбочке в прихожей.

Мама не шла к телефону первой, потому что знала: я сейчас к нему побегу. Телефон издал вторую трель. А я сидел за письменным столом, держал в руках ручку, смотрел на аппарат с трубкой и чувствовал, как внутри что-то умирает. Это умирала надежда. Телефон издал третью трель. «Наверное, это маме кто-то звонит», подумал я и опустил голову обратно к тетради. .

Мать подошла к телефону после шестой трели. Это оказалась ее коллега с работы, которая хотела что-то спросить у родительницы по рабочему вопросу. Мама, безусловно, обратила внимание, что я не побежал к телефону. Закончив разговор с коллегой, она подошла ко мне и молча меня обняла. Слёзы закололи глаза, но я изо всех сил старался сдержаться.

— У тебя всегда буду я, - сказала мама и поцеловала меня в макушку.

Так и было, пока она не умерла от инсульта. Мне было двадцать пять лет, когда это произошло. К тому моменту я уже отучился в институте, и меня взяли на работу в нефтяную компанию нашего города. Я стал делать первые успехи, у меня появились деньги. Со своей первой зарплаты я купил маме стиральную машинку автомат и посудомойку. Со второй зарплаты частично обновил мебель в квартире. Она, привыкшая жить в лишениях, постоянно говорила: «Мне ничего не надо, Янчик. Мне всего хватает». Но я все равно продолжал с каждой зарплаты что-то покупать маме, пока ее не разбил инсульт.