Книга О мой Босс! Монстр для разведенки, страница 119 – Евсения Медведева

— БЫСТРО ДОМОЙ! — прохрипел Дима и отбил звонок, поставив точку в никому не нужном споре.

Я и сама уже не шла, а бежала, выискивая свободное такси.

Москва ненавидела туристов и командировочных, наказывая их многокилометровой пробкой. Но это мне было даже на руку. Я разложила имеющиеся документы и к моменту, когда показались ворота жилого комплекса, я уже еле сидела на месте.

— Спасибо, — я выхватила у водителя свой чемодан и ринулась к подъезду, но вдруг в спину вдарил знакомый голос.

— Боже, какие люди!

Я обернулась, сталкиваясь с холодным взглядом Чудновского…

Этот придурок сидел на заднем сиденье чёрного «мерина», и его наглая морда буквально светилась, бликуя в отсвете тонировки приоткрытого окна. Он даже не пытался скрыть ухмылки, волчьего взгляда и соответствующего белоснежного оскала, что совсем не походил на улыбку.

Я успела заметить, что автомобиль был заглушен, а значит, Чудновский не проезжал мимо, а терпеливо дожидался меня. Осталось понять, для чего. Но на опыте я знаю, что мужчины редко отвечают на вопросы прямо, а значит, придётся хитрить.

— Добрый день, — я вмиг смягчила голос, даже выдавила улыбку.

— А я вот мимо проезжал, — сходу начал врать Чудновский, медленно покидая салон автомобиля. Делал он это галантно, сначала выбросил ногу, сверкнув лакированной кожей дорогих туфель, а потом и выпрямился, чуть поведя плечами. Это был фирменный жест Мостракова, но вот его повторение казалось жалкой пародией.

Он смотрел на меня, как на дичь, затесавшуюся в его угодья. Словно это я караулила у его дома… Я видела его второй раз, но этого оказалось достаточно, чтобы убедиться в первоначальном мнении: козел породистый… Такие шакалы не знают ни дружбы, ни любви, ни преданности. Так странно, что ему удалось удержаться возле Мостракова. Очень странно!

А с другой стороны, подлецами не рождаются. Ими становятся под тяжестью различных обстоятельств.

— Вы прелестны, Милена Львовна. Красивые женщины – редкость в бизнесе. В основном приходится работать с умными и хитрыми.

— Слава Богу, что я просто красивая, да? Прошу прощения, но я не уверена, что помню ваше имя. Кажется… Юрий?

— У вас ещё и память отменная? — Чудновский было сделал ещё один шаг, сокращая дистанцию, но я выкатила чемодан, поставив его между нами. — А вы меня ловко с Аксаковым подставили. Быть может, вы не просто красивая…

Чудновский потрепал макушку, чуть опустил голову, и я уловила панику в его глазах. А значит, я все правильно сделала. В попытке перекрыть кислород Мостракову он действительно клюнул на Аксакова и наверняка пролетел со всеми сроками. Но мне его не жаль… Совершенно.

Я пыталась сдержать улыбку… Честно пыталась! Но ничего не вышло. Я же просто красивая баба.

— Милена Львовна, а давайте я вам расскажу правила большого бизнеса? Вы в своем захолустье привыкли к иному, — Чудновский толкнул мой чемодан, освобождая проход, а потом неожиданно крепко схватил за локоть. — У нас не любят борзых и хитрых. Пока я Аксакова обхаживал, ты успела завод прикупить? Слышал, твоё отчаянье привело даже в Японию. И как тебе удалось уломать Мостракова с Горозией связаться? Он с тебя за каждый день простоя три шкуры спустит. Только вам это не поможет! Твой самонадеянный Мостраков будет вынужден закрыть металлургический филиал, потому что я забрал всех крупных клиентов. Ты неверную ставку сделала, милочка. Но… Моська у тебя больно сладкая, хоть и не скажешь, что тридцатничек уже накатывает. Знаешь, а при должном марафете на тебя будет спрос… Если хочешь, я замолвлю за тебя словечко, — хохотнул Чудновский, рассчитывая, что пробьет мою броню. Но я слишком долго работала в мужском коллективе и успела привыкнуть к неизбежным намекам на место, где должна находиться женщина. — И чем сильнее ты будешь сопротивляться, тем крепче я буду душить ваш…