Книга Переходя черту, страница 124 – Полина Довлатова

— Андрей, что ты делаешь? – слышу испуганный голос женщины у себя за спиной.

— А вы что не видите?! – срываюсь на крик, не оборачиваясь.

Полки пустые. Вообще, блять, нихуя нет! Значит домой с магазина она не возвращалась. Трясущимися как от чумной лихорадки руками вытаскиваю из кармана телефон и захожу в программу, чтобы отследить Катину локацию, но её точка вообще исчезла с карты. Маячок должен работать даже при выключенной мобиле. Значит кто-то его отрубил. Сама Катя не смогла бы. Она даже не знала, что я вообще имею возможность её отслеживать.

В башке творится грёбанный фарш, мысли разлетаются в разные стороны. Снова ринувшись в спальню, переворачиваю матрас и потрошу шкаф, словно в них могут быть спрятаны какие-то подсказки, которые приведут меня к Кате, но нихера не нахожу.

— Андрей… Что происходит? Где Катя?

Соседка взволнованно оглядывает развороченную мной комнату и переводит на меня испуганный взгляд.

— Не знаю я где Катя! – в который раз рву глотку, но тут же торможу себя. Закрываю глаза и выдыхаю через нос, стараясь взять себя в руки. Мне нужна холодная голова, сейчас не время пищать как истеричка – Вы можете здесь посидеть, в квартире?

— Да-да, конечно, Андрюша, я посижу, - женщина часто кивает, растерянно мотая головой по сторонам.

— Если Катя вернётся, сразу набираете мне.

Бросив последние слова уже на пороге, вылетаю в подъезд, и, перепрыгивая через ступеньки, несусь на улицу, лихорадочно соображая, что делать дальше.

Запрыгиваю в машину и завожу мотор. Пока выруливаю на проезжую часть, начинает трезвонить мобильный, на который я вообще никак не реагирую. Сейчас не до звонков и не до разговоров. Вообще, блять, ни с кем. Пусть хоть третья мировая начнётся, я срать на это хотел, пока не найду Катю. В голове как швейная игла долбит разрушающая мысль о том, что с ней что-то случилось. Она не могла просто уйти в магазин и съебать в неизвестном направлении. Тем более если соседка сказала, что Катя плохо чувствовала себя все эти дни. Наверняка и за продуктами пошла, только для того, чтобы тётя Люда от неё отвалила.

Мне просто, блять, грудак рвёт, когда я думаю о том, что Кате было херово всё это время. Это я виноват в том, что она мучилась. Я её отпустил, хотел дать ей время прийти в себя, думал, что так ей будет легче, что ей необходимо это время вдали от меня, чтобы принять новую информацию.

И к чему, блять, пришёл в итоге? Я не должен был её отпускать. Пускай бы переваривала правду дома, рядом со мной.

Не пожалел, не защитил, не спас. Я во всём виноват. Весь этот ёбаный город раком поставлю, но найду её. И та сука, которая причастна к Катиной пропаже, кровью умоётся. В собственных потрохах захлебнётся падаль, и мне насрать, что я опять буду выглядеть как чёртов монстр в Катиных глазах. Если хоть одна тварь хотя бы пальцем до неё дотронулась, я отрублю ублюдку руки и заставлю жрать у меня на глазах.

Очередной звонок мобильного доводит меня до ручки, и я тянусь к телефону, собираясь послать ко всем чертям любого, кто мне наяривает, но, увидев высвечивающееся на телефоне Катино имя, резко давлю по тормозам, со скрипом выворачивая машину к обочине.