Книга Корректор, страница 94 – Зинаида Майорова

Наташа вздохнула с облегчением. Роман испуганно поднял на неё глаза, опасаясь увидеть на лице тень недоверия, но она посмотрела прямо на него, и он немного успокоился.

— Кто ещё хочет выступить? — спросил шеф.

— Я хотел бы приложить к протоколу показания свидетелей из Академии на Шаболовке, — слово взял Евгений. — По поручению Наташи я опросил двух сотрудников — юношу и девушку. Наташа столкнулась с ними во дворе, запомнила их разговор, а потом нашла их контактные данные по фотографиям на сайте. Свидетели подтвердили, что видели серебристую Хонду с работающим двигателем на территории Академии. Но в машине никого не было. Эту же машину Наташа описала в отчёте о задании, но не смогла рассмотреть водителя. Из изучения отчёта и показаний свидетелей у меня возникло подозрение, что машину угнал организатор убийства Сергея с целью очернить Романа Оводова. Именно Роман является владельцем автомобиля, номер которого зафиксировала Наташа в своём отчёте.

Кондратьев посмотрел на Евгения с видом оскорблённой добродетели. Словно удивлялся, как можно извратить настолько ясные показания против Романа и перевернуть всё с ног на голову. Шеф немедленно предоставил ему ответное слово:

— Мне ничего не известно об истории с автомобилем, — заметил Кондратьев, — но не логичней ли предположить, что за рулём машины находился её владелец?

Шеф перевёл взгляд на Наташу, и она сформулировала свою версию:

— Я сделала другое предположение. Когда узнала, что автомобиль принадлежит Роману, то распечатала фотографию Антона Петровича с его рабочей страницы и показала её Юрию Рудольфовичу. Спросила, узнаёт ли он своего сообщника. После моего вопроса Юрий Рудольфович запил, хотя до этого вёл трезвый образ жизни. А в моём отчёте ясно сказано, как он говорит невидимому водителю: «Она и вас тоже подозревает!»

Кондратьев возмущённо уставился на неё, как бы говоря, что даже у логической игры должны быть разумные пределы. Но Наташа смотрела не на него, а на Романа. На лице цензора на миг проступило выражение нежности, совершено не соответствующее серьёзности момента, и он чуть не улыбнулся куратору.

Женщину Мартин узнал сразу. Вместо серебристого платья надела практичный костюм из чёрной кожи, платиновые волосы собрала в хвостик. Получается, что мужчина — это Филип с портрета, только без бороды. Манеры Филипа оказались такими же кошмарными, как сон Мартина в коттедже воспов, поэтому он проигнорировал мужчину и обратился к женщине:

— Меня зовут Мартин. Об этом месте я узнал от Евгении Оводовой, — голос его дрогнул, только сейчас он понял, что проводники пока ничего не знают о том, что случилось с Женей. — Мне очень жаль…

— Я в курсе насчёт Жени, — прервала его женщина, — а ты, значит, М-а-а-ртин.

Она манерно растянула его имя, как будто катала на языке вино и пыталась определить, действительно ли официант подал ей коллекционное бордо или пытается провести её на дешёвом пойле.

— Скажи мне, Мартин, где мои любимые серьги? Я попросила Женю захватить их по пути, но в её рюкзаке бриллиантов не оказалось.

Её вопрос выдавал настолько вопиющую чёрствость, что Мартин остолбенел. Подруга погибла, а самовлюблённая Энн думает только о своих пропавших драгоценностях. Потом он сообразил, что его самого теперь запросто могут счесть вором. Он постарался ничем не выдать своего возмущения и спокойно ответил: