Книга Моя ассистентка: Кошка, страница 56 – Елена Казанцева

— Оставь меня, — кивнула она служанке, и та быстро убежала, зная, что промедление может стоить ей жизни.

Вильгельмина постояла молча на края башни, а потом сказал: Я призываю тебя…

Она повторила эту фразу еще трижды и потерла предмет, который извлекла из кармана.

Воздух вокруг нее сгустился. На краткий миг все вокруг стало серого цвета, потом мрак рассеялся, и появилась тень.

Кто-то в сером плаще с огромным капюшоном, закрывавшим лицо, предстал перед Вильгельминой.

А та смиренно склонила перед ним голову и встала на одно колено.

— Вильгельмина, ты получила нужный мне результат? — тень колыхалась на ветру.

— Я устранила конкурентку, сир, — качнула головой Вильгельмина.

— Где она?

— Возле башни Падших, сир.

— Хорошо, очень хорошо. А младшая?

— В другом мире, сир.

— Мне нужны их души.

— Все будет сделано к дню Ведьм, сир.

— Не ошибись, Вильгельмина, на этот раз. Это будет стоить тебе жизни.

Вильгильмина вздрогнула и сжалась.

А тень поколыхалась еще минуту и растворилась.

Королева с трудом встала с колен, сейчас она чувствовала себя старой и уставшей.

— Я все сделаю, — произнесла она. — Вы будете мной довольны, сир.

Кошка сидела в своем кресле у окна и напряженно думала. Она думала о том, что сроки до конца конкурса истекают, и она не успеет обойти всех членов комиссии. Ей просто не хватит времени, чтобы убедить всех судить не предвзято. Что не все окажутся честными, она была уверена.

Так что же делать?

Ее мучали сомнения. Она была на сто процентов уверена, что Кристофер создаст лучший из лучших своих проектов. Она видела это в его рисунках, она верила в него. Но будут ли судьи также смотреть на его проект, как смотрит она?

Она металась по кабинету, поднимая пыль.

И тут, словно молния, ее сердце пронзила боль, и издалека она услышала голос матери, который звал ее.

— Мама, — вырвалось у Кошки. — Мамочка. Что с тобой случилось?

Она на расстоянии почувствовала боль и отчаяние матери, ее страх и почти смертельную муку. Тело Амалии скрутило, вывернуло почти наизнанку, ударило так, что на глазах навернулись слезы. Мамочка попала в беду, — только и смогла подумать Амалия. Надо было что-то срочно делать. И она заметалась по кабинету.

Сбежать из этого мира не возможно, пока она в кошачьей шкуре. Да и вернув себе свое тело, она не сможет вот так просто уйти, ведь контракт с Эльфом она подписала кровью дракона. Он должен был ее отпустить, произнести эти треклятые слова: Контракт выполнен.

Но он не выполнен, пергамент не сгорит, слова, написанные кровью не исчезнут.

Так что ей делать?

— Что моей госпоже угодно, — произнесла Берта, входя в кабинет, а потом усмехнулась и добавила, — вы так бегаете, госпожа Амалия, что топот даже на кухне слышно. Апчхи! А пыли сколько подняли.

— Берта, мне срочно нужно мое тело! — выпалила Кошка.

— Что-то случилось? — спросила Берта, вытирая руки об фартук.

— Все хуже, чем я думала, — Кошка судорожно перебирала в уме возможные неприятности, в которые могла попасть ее мать, и все ж не понимала, что там случилось.

— Я посмотрю в оранжереи, выросла ли Мандрагора, — и Берта ушла в сад, стеклянные двери за ней противно скрипнули и захлопнулись.

А кошка плюхнулась на попу и почесала себя за ухом.

— У тебя глупая привычка, чесаться, от тебя пух и шерсть летит по всему дому, — сказал Кристофер, входя в кабинет.