Книга Жизнь как квест, страница 23 – Елена Казанцева

И вот неожиданно до меня дозвонилась его соседка.

— Деточка, у меня с потолка капает, вы меня заливаете, до Алексея дозвониться не могу, он трубку не берет, решите проблему, — строгим голосом вещает Антонина Петровна.

— Я не могу сейчас приехать, у меня рабочий день, Алексей, наверное, на совещание. Вечером съездим и проверим, — пытаюсь отмахнуться от назойливой старушки.

— Милочка, я вызываю сантехников, и они взломают вам двери, я не хочу снова ремонта, вы и так меня последнее время часто заливаете, — ворчит бабулька.

— Хорошо, я постараюсь решить эту проблему.

— Немедленно, милочка.

— Хорошо, я сейчас отпрошусь и приеду.

Бегу к своему начальнику, описываю ситуацию, отпрашиваюсь. Пока спускалась, вызвала себе такси. И вот я уже лечу к себе домой, запасные ключи лежат где-то в недрах стола Алексея. Он не любит, когда я касаюсь его вещей, но тут уже ничего не поделаешь. Старушка упертая, может и заставить слесарей сломать нам замки.

И снова такси, я лечу к Алексею домой, по дороге пытаюсь его набрать, но он недоступен. Переживаю, сейчас надо как то объяснить ему, зачем я его беспокою, он сердится, когда ему мешают на переговорах. Делать нечего, забегаю в подъезд и бегу прямиком в квартиру к неугомонной старушке. Старушкой эту даму можно назвать только с натяжкой. Меня встречает Антонина Петровна в шелковом с экзотическими птицами халате, с чашкой кофе в руках. Она при параде, прическа, макияж, даже тапочки ее выполнены в виде туфелек, только бархатных с опушкой. Недаром Алексей ее называл «Императрица».

Она ведет меня в огромную ванную комнату и тычет пальчиком с изящным маникюром в потолок, там действительно несколько капелек. Не понятно, что это конденсат или действительно где-то подтекает.

Я обещаю разобраться и иду к дверям квартиры.

Алексей не разрешает мне приходить сюда, но до него не дозвониться, а Антонина Петровна вынесет все мозги.

Поворачиваю ключ в замочной скважине и открываю дверь.

В глаза сразу бросилась тряпка, что валялась посреди кристально чистого коридора. Только присмотревшись, я поняла, что это скинутое с чьего-то плеча пальто. Тут же валялись женские батальоны на высокой шпильке. Странно, может, Алексей сдал кому-то квартиру, а мне об этом не сказал.

В дальней комнате, где у Алексея когда-то была спальня, слышались голоса, и я пошла на голос. Не знаю почему, но я открыла дверь, даже не постучавшись.

Меня накрыло дежавю…

Посреди огромной кровати на четвереньках стояла голая Мила, а мой любимый Алексей, пристроившись к ней сзади, вколачивал в нее. Их движения были ритмичны, Милочка подвывала, и кричала: Быстрее, еще быстрее, глубже, ооооо, ты такой гигант, мне так нравится…

А Алексей ей вторил: Счассссс, счассссс, ооооо…

А я стояла на пороге комнаты, как соляной столб, не зная, что делать.

Почувствовав мой взгляд, Алексей остановил свои движения и уставился на меня, затем рявкнул: Света, выйди, и подожди меня в гостиной.

От испуга я подпрыгнула, захлопнула дверь, и, втянув голову в плечи, посеменила в гостиную. В моей голове было пусто, так пусто, что казалось, брось туда хоть какую-либо мысль, она будет перекатываться как шарик в пустом помещении из угла в угол…

Я села на диван, и уставилась пустым взглядом в пол. Мой взгляд скользит по паркету, по новому персидскому ковру с длинным ворсом, странно, в прошлый раз его здесь не было. В напольной вазе стоял букет из роз с почти метровыми стеблями, на столике при диване в ведерке со льдом бутылка шампанского, рядом вазочка с клубникой. Это смотрелось пошло и убого, как в плохом порнографическом фильме.