Книга Хулиган. Его принцесса, страница 238 – Эла Герс

— Она… красотка… скажи же… — сквозь смех говорила Уля.

— Теперь она истинная блондинка, — вторила я подруге, вытирая слезы с уголков глаз.

— Может, хватит уже шутить про блондинок? — раздраженно пробормотала Ксюша.

Я перестала улыбаться и посмотрела на нее.

То, что Ксюша составила мне сегодня компанию и вроде как стала мне другом, помогло мне перестать думать о Даниле и хоть немного отвлечься от него.

Ее наивность порой раздражала меня, но в то же время уморительно смешила.

И это было так приятно — быть с кем-то, кого не волновало, кем я была я и насколько богата была моя семья. Это было редкостью в моей жизни.

Она даже не чувствовала себя неуютно, пока находилась в доме, хотя и отметила, каким большим и просторным он был, когда только переступила порог.

Размышляя обо всем этом, я вспомнила слова Данила о Рябинине. Должно быть, это из-за него Орлов был так занят, а потому не мог так часто быть с Ксюшей.

Что ж, это было даже к лучшему. Потому как это дало мне возможность сблизиться с ней.

И неохотно я начала наслаждаться ее обществом, хотя и терпеть не могла, когда она говорила об Орловом и, по сути, о Громове.

Оттолкнувшись от дверного проема, я направилась к Соколовой.

— Иди сюда, Ксюш, — сказала я ей. — Я научу тебя краситься, чтобы Уля, наконец, отстала от тебя.

— Зануда, — проворчала Уля. — Испортила такое веселье…

POV Даня

— Может, ты уже перестанешь мне звонить?

Из дальнего угла гостиной Черепа я наблюдал за своими друзьями — насупившимся хозяином дома, сидящем на диване перед телевизором, и Лехой, беззаботно устроившимся рядом.

Я почувствовал, как дрогнули мои губы, когда я ответил:

— Нет, — я ни за что не перестану ей звонить. — Что делаешь? — спросил я, прислонившись бедром к настольному футболу, не сводя глаз со своих друзей. — Дай угадаю — думаешь обо мне, не так ли?

— Ты пьян? — Таня не заставила себя ждать с ответом.

— Нет. А почему ты спрашиваешь?

— Потому что ты задаешь глупые вопросы.

Низко усмехнувшись, я переложил телефон в другую руку и постучал пальцами по столу.

— Я просто скучаю по тебе, — сказал я ей.

— Я вешаю трубку.

— Вешай, но знай — я буду звонить тебе до тех пор, пока мы не поговорим.

Таня, не удержавшись, вымученно застонала и, по установленному обычаю, сказала:

— Я дам тебе пять минут, чтобы сказать всё, что ты хочешь сказать. Потом я вешаю трубку.

— Знаешь, что мы могли бы сделать за эти пять минут, если бы были вместе?

Несколько мгновений она молчала, будто обдумывая мои слова, а потом выпалила:

— Озабоченный!

Я снова рассмеялся.

— Кто из нас двоих озабоченный, если у тебя такие грязные мысли? Я совсем не это имел в виду.

Откровенно наглая ложь. Потому что мои мысли были в несколько раз грязнее ее.

И будь Принцесса сейчас моей хотя бы на пять минут — я бы уделил особое внимание каждой имеющейся у нас секунде, чтобы вдоволь насладиться друг другом.

— Я знаю, что ты имел в виду и чего не имела я, — парировала Таня, легко уличив меня во лжи.

— Ты же знаешь, что хочешь меня. Не отрицай этого, малышка.

— Ты только что назвал меня “малышкой”? Мне не послышалось?

Вдруг послышались стоны отвращения и я поднял глаза на друзей, всё еще занимающих диван. Они оба смотрели на меня с выражениями лиц, полностью соответствующими раздавшемуся только что звуку. Придурки…