Книга Хулиган. Его тихоня, страница 168 – Эла Герс

Но если я знал, что не смогу сделать ее счастливой ни при каком раскладе, то почему не мог просто отпустить ее?

— Ты меня раздражаешь.

Я перевел взгляд на Черепа, лицо которого выражало лишь одну эмоцию — недовольство.

— Я тебя раздражаю? — переспросил я.

— Да, — хмыкнул Череп. — Выглядишь так, будто я убил твоего котенка.

— У меня нет кота. У меня аллергия на шерсть.

— Все равно раздражаешь. Тебе еще не пора свалить?

Я стиснул зубы и посмотрел на свои костяшки, никак не успевающие затянуться. Как будто я должен был свалить. Всякий раз, когда я уходил, Череп пытался улизнуть в “Логово”. И чем бы все обернулось — было страшно представить.

— Ты же знаешь, что хочешь меня, — раздался голос Громова и мы с Черепом оба повернули головы в его сторону. — Не отрицай этого, малышка.

Я и Череп синхронно издали звук отвращения, отчего Даня скользнул по нам взглядом и показал средний палец.

— Я заеду к тебе чуть позже, — сказал он в трубку. — Нет, не закрывай окно в этот раз, — затем последовала короткая пауза. — Отлично, увидимся позже.

Он завершил разговор с самодовольной ухмылкой и пересек комнату, чтобы сесть между мной и Черепом. Громов взял со стола кусок пиццы и посмотрел на нашего друга.

— По какой причине у тебя такая недовольная физиономия? — спросил он, откусив кусок пиццы.

— По причине того, что Орлов меня раздражает, а ты — бесишь, — парировал Череп, медленно закипая.

— Чем я то тебя бешу? Я ж еще ничего не сделала даже, — Даня озадаченно нахмурил брови.

— Тем, что от тебя так фанатеют девчонки.

— Не так уж она и фанатеет от него, если заперла в прошлый раз окно и не впустила его, — пробормотал я, на что Громов громко фыркнул.

— Зависть — это плохо, знаешь ли, — ответил он Черепу.

— Кто сказал, что я завидую?

— Короче, я пошел, — заявил я, вставая с дивана. Но когда Череп выпрямился, а его глаза загорелись от предвкушения, я добавил: — Дань, останься здесь.

Огонек в глазах друга моментально потух, а сам он зарычал и откинулся обратно на диван с убийственным видом.

— Чего? — возмутился Громов. — Я не останусь с ним на всю ночь. У меня так-то дела.

— Можешь уйти в любое время, — отозвался я, попутно натягивая куртку. — Череп никуда не денется, если хочет встретиться с Ксюшей в это воскресенье.

— Серьезно? — Череп наклонился вперед, вновь загоревшись. — Ты не шутишь?

— Нет.

— О, скажи ей тогда, чтобы принесла мой сэндвич, — вставил Даня.

— И мне тоже.

— Громов с тобой поделится, — пробормотал я, поднимая свой телефон со стола.

— Нихрена подобного!

— Значит, вообще нихрена не получишь!

— Все, я звоню Ксюхе.

— Позвонишь ей и я позабочусь о том, чтобы тебе нечем была трахать баб, — пригрозил я через плечо, направляясь к двери.

Громов что-то гневно пробормотал в мой адрес, а я с ухмылкой закрыл дверь. Я быстро прыгнул в тачку, размышляя, действительно ли это была хорошая идея. Но, во всяком случае, это было лучшее, что я смог придумать, чтобы удержать Черепа дома, причем без лишнего контроля. Потому что никакие угрозы бы не подействовали на этого придурка.

Это было беспроигрышное решение. Так я бы смог выполнить наконец обещание, данное Ксюше — организовать для нее встречу с Громовым для передачи сэндвича, и заставить Черепа вести себя хорошо в течение всей недели. Но не все так просто — мне придется следить за тем, чтобы мои друзья не наделали херни при Ксюше и не напугали ее до смерти.