Книга Хулиган. Его тихоня, страница 122 – Эла Герс

— Уля, как можно быть насколько самовлюбленной?

— Ты меня видела? Как можно меня не любить? — недоуменным тоном парировала она. — Ты лучше о себе расскажи, Орлов уже звонил тебе?

Я улыбнулась. Вчера вечером, когда мы переписывались с Ульяной, она утверждала, что уже соскучилась по мне. А я, в свою очередь, рассказала ей о своем прощании с Лешей. Это успокаивало — было с кем поговорить о своих проблемах.

Я не могла довериться никому в семье. Я не хотела, чтобы кто-то знал, что мы с Лешей не общались. Папа был бы вне себя от радости, а близнецы, возможно, снова стали бы насмехаться надо мной.

— Нет, — удрученно ответила я.

— Не волнуйся, он обязательно позвонит.

— Надеюсь. Я просто не понимаю, что произошло. Может, я его и правда обидела вчера.

— Ксюша, ты знала, во что ввязалась, когда решила остаться с ним, — напомнила мне Уля. — Так что, не смей жаловаться. Но и не накручивай себя. Даже если он и обиделся, то он позвонит тебе сразу же как отойдет.

А дело было в том, что я не знала — обиделся он или нет.

Я прокрутила в голове вчерашнее прощание, как он нежно смотрел на меня в машине и как мы обменивались сладкими поцелуями. Мы были счастливы, по крайней мере, я. Ну, я могла сказать, что он был в довольно хорошем настроении. Только после того, как я начала ныть о своих родителях, его настроение резко изменилось.

Ему однозначно не понравилось, что я стала жаловаться на своих родителях. Но почему, если они его недолюбливали?

Мне пришла в голову мысль, от которой у меня сжалось сердце.

А что, если у Леши не было родителей? Не было семьи?

Признаки налицо. Во время нашего первого свидания он стал холодным, когда я спросила, готовит ли кто-нибудь для него. Леша никогда не упоминал о своей семье, что показалось мне странным, но я сочла этот факт нормальным из-за его замкнутости. Леша никогда не рассказывал мне ничего личного, и единственные, кого я знала, кто постоянно находился рядом с ним, были его друзья.

Если моя мысль была правдой, то я теперь была в его глазах бесчувственной идиоткой.

— Ксю! — крикнул Федя. — Пойдем с нами!

— Кто это был? — нетерпеливо спросила Уля из динамика. — Это был мужской голос? Ты там с парнем?! Ты уже изменяешь Леше только потому, что он не позвонил?! А я то думала, что ты тихоня и недотрога.

Я поморщилась от версии подруги и указала Феде на телефон, как бы говоря о своем разговоре.

— Это был мой двоюродный брат. И он меня зовет, так что мне пора.

— Погоди, а он такой же сексуальный, как и твой папа?

— Ульяна, фу!

— Я тебе что собака, чтобы мне "фу" говорить?! — в шутливой форме возмутилась подруга. — А чисто теоретически, если я не могу быть с твоим папой, потому что он занят, могу я быть с твоим братом? — спросила она, не скрывая смеха.

— Только через мой труп, — ответила я ей, также посмеиваясь. — Я ни за что на свете не отдам своего любимого брата тебе.

— Ксю! — снова позвал меня Федя.

— Уля, мне правда нужно идти. Давай поговорим позже, ладно?

— Ладно. И повеселись там, Ксюш.

— И ты, Уля.

Я закончила разговор и положила телефон обратно в карман. Разговаривать с Ульяной было весело и она всегда помогала мне отвлечься от насущных проблем. Я глубоко вдохнула и выдохнула.

Может, мне стоило попробовать поговорить с Лешей о его семье?