Книга Телеграфистка из будущего. Шифр для господина жандарма, страница 24 – Виктор Громов

— Не любите поездов?

— Почему?

— Будто впервые едете.

— Сегодня многое ощущается впервые.

Он посмотрел на неё дольше обычного.

— Это связано с тем, что вы не помните ночь?

Марина повернулась к окну. Платформа медленно поплыла назад.

— Я не говорила, что ничего не помню.

— Но и не рассказали, что помните.

— Потому что вы задаёте вопросы так, будто любой ответ заранее записываете в обвинение.

— Я действительно записываю ответы.

— Вот видите.

— Но не все становятся обвинением.

Марина усмехнулась.

— Утешили.

За окном станционные постройки закончились. Потянулись поля, редкие деревья, телеграфные столбы, провода между которыми то опускались, то поднимались вместе с линией дороги. Несколько минут они ехали молча. Это была первая возможность остаться рядом с Арсеньевым без начальника станции, техников и посторонних ушей. Неожиданно молчание рядом с ним перестало давить. Он не пытался его заполнить. Редкое качество. Дмитрий вынул часы, посмотрел время и убрал их обратно.

— Вы живёте одна?

Вопрос прозвучал настолько неожиданно, что Марина повернулась.

— Это относится к исчезнувшему вагону?

— Может относиться к тому, кто мог следить за вами.

Логично.

— Судя по счетам за комнату — одна.

Он нахмурился.

— Судя по счетам?

Ошибка.

— Плату вношу сама, — спокойно добавила Марина. — Именно это имела в виду.

— Родственников в городе нет?

— Нет.

Она понятия не имела, правда ли это. Арсеньев, кажется, не заметил. Или решил пока не показывать.

— Необычно, — сказал он.

— Что именно?

— Молодая женщина живёт одна, работает на станции, дежурит ночами.

— Вы считаете, мне следовало выйти замуж, чтобы избежать подозрений?

— Я этого не говорил.

— Но «необычно» прозвучало почти как приговор.

Он посмотрел на неё с явным удивлением.

— Вы удивительно быстро превращаете вопрос в спор.

— Потому что люди удивительно часто прячут мнение внутри вопроса.

— Хорошо. Тогда скажу прямо: меня удивляет, что вы выбрали такую жизнь.

Марина прислонилась плечом к стенке купе.

— А почему она обязательно должна быть выбрана против чего-то?

— Я не сказал «против».

— Зато предположили, что нормальным решением было бы другое.

— Брак?

— Например.

Он помолчал.

— Большинство женщин вашего положения сочли бы его более надёжным.

— Надёжность и свобода редко продаются одним комплектом.

Арсеньев впервые за разговор слегка улыбнулся.

— Это ваше убеждение или опыт?

Марина посмотрела в окно. В её прежней жизни был брак, законченный много лет назад без громких скандалов и красивых трагедий. Просто два человека однажды поняли, что давно живут параллельно и встречаются только возле холодильника по вечерам. Об этом Дмитрию Сергеевичу знать совершенно не требовалось.

— Наблюдение.

— Очень уверенное.

— Вы женаты?

Теперь он удивился уже откровенно.

— Я веду расследование, Варвара Александровна.

— Значит, личные вопросы разрешены только вам?

— Мой семейный статус не связан с исчезнувшим вагоном.

— Мой тоже.

— За вами могли следить дома.

— А за вами не могли?

Он откинулся на спинку сиденья.

— Нет.

— Какая завидная уверенность.

— Потому что я не живу один.

Марина чуть приподняла бровь.

— Вот как.

— У меня есть слуга.

Она рассмеялась прежде, чем смогла остановиться. Он перевёл взгляд на неё с таким выражением, будто именно этой реакции не ожидал.