Книга Белка на метле, страница 37 – Анна Леденцовская

— Отстань!

Мадам Пшиляковская бегала по своей спальне из угла в угол, как крыса в клетке.

— Охотника я на кандагу натравила. Кажется, он заинтересовался. А тут я все просто так оставить не могу. Ты только представь, что они устроили. Что они пели и как плясали. Танцем эти дикие штуки ни одна приличная дама не назовет, и хуже всего знаешь что? — Она тряханула зеркало с призрачной стеклянной собеседницей так, что бабуся в артефакте пошла рябью и зашипела, как кошка, которой хвост прищемили.

— Ну что еще там стряслось? — фыркнула Миль-Тиль. — И не смей так трясти, разобьешь.

— Этим мужланам все понравилось. К тому же они выбрали себе не тех девушек. Совсем не тех! Еще и князь этот Клыкастый-блохастый, репьев ему под хвост. Он решил, что корова дворничиха — моя родственница, и все из-за рыжей заразы Павлентия, который везде с ней таскается. Где, кстати, эта паршивая недощипанная белка? Павленти...

Но зеркало не дало Матильде позвать фамильяра.

— Прекрати истерить, правнучка, и сядь. Беды в том нет, да девки эти твои дурочки не виноваты, по сути. Не они же все придумали. Вот и не пытайся всем месть чинить. Сама посуди. В кого ты такая у нас пошла, дурында прямолинейная? Ведьма — это же состояние души, изящные, тонко продуманные гадости, последствия которых аукаются годами, а то и столетиями. А ты, как дровосек-неумеха, рубишь, рубишь, а кругом щепа, и все. Пшик один. Тьфу.

Такой отповеди от давно почившей прапрабабки ректор явно не ожидала. Женщина и правда плюхнулась в кресло, пытаясь успокоиться и разобраться, с чего все началось.

— Белкина. Это она во всем виновата. И Павлентий, который ее в невесты предложил, — медленно процедила она. — Хотя... — Матильда задумчиво покрутила локон черных как ночь волос. — Белкину еще уговаривать пришлось. Значит, князь? Или...

— Вот. Доходит до тебя? — На лице зеркального призрака мелькнула ехидная ухмылка. — Кто князя-то к нам отправил? И зачем перед самым выпуском? Могли ведь и в будущем году. Времени-то пара недель терпежу, а мы бы подготовились. Конечно, в бунте этих куриц твоих дворничиха виновата, и наказать ее не мешает, чтоб место знала. Но чтоб самой не пропасть, надо совсем о другом думать. Может, и охотник тот, О'Манчер, тоже к нам не сам ехать решил? Тогда кандагой его не отвлечешь надолго.

Матильде стало жутко, и она поплотнее закуталась в атласный халат. Ведьму пробила безотчетная дрожь, а мысли лихорадочно заметались. Она поняла, что где-то затаился неведомый враг, а у нее даже идеи нет, что ему от нее надо.

Старуха из зеркала наблюдала за ней с довольной усмешкой, а потом буркнула себе под нос:

— Пожалуй, пора мне, а то помрет от оттока магии раньше времени. — И исчезла, погасив артефакт. Мадам даже этого не заметила.

В тот же день вернувшиеся в гостиницу мужчины обсуждали невиданное доселе шоу, собравшись вместе за обеденным столом.

Первым тему поднял Унрик Цамляш, серьезный молодой человек в очках. Увлеченный науками, он искал себе прежде всего хорошую хозяйку и домоправительницу. До сих пор с этой задачей успешно справлялась его матушка, держа в кулаке все немалое хозяйство, которое своим трудом и махинациями скопил папаша Цамляш. Но матушка скончалась, и Унрик очень нуждался в той, кто займет ее место. Жалованье проректора королевского университета было хорошим, положение в обществе стабильным, но большой дом грозил прийти в упадок, а деньги, несмотря на счет, утекали непонятно куда. Теперь профессор, ничего не смысля в танцах и прочих женских штучках, положил глаз на Тинку Дорван с ее вроде бы бесцветным личиком. Ему показалось, что столь порывистая и решительная особа, умело управляющаяся с лопатой, так же шустро разгребет и его домашние проблемы.