Книга Магия уюта, страница 62 – Дина Зарубина

Магистр Урбан попрощался и вышел. Он даже не стал говорить, что мой настоящий враг неизвестен, и мне надо быть крайне осторожной. И на этом спасибо.

Отмывшаяся донна Кенард от калитки закричала, что я совсем опустилась, уже дома ночами принимаю мужчин. Она этого не потерпит, у них приличная улица. Раздраженно выглянув в окно, увидела, как магистр подошел к калитке дома Кенардов и что-то сказал старушке. Она замолкла на полуслове, затем истово закивала.

Сердито дернула штору. Медные кольца жалобно взвизгнули, скользнув по пруту. Не хочу ее видеть.

[1] «Чудотворец» по-гречески — θαυματουργός (тавматургос). Буквально оно означает «делающий чудо».

Дирижабль принял законченные очертания. Им нельзя не любоваться, он такой… сильный, мощный, обтекаемый, с заостренными концами, с гладкой закрытой гондолой, которую мы покрасили золотой краской и отполировали. Уж точно не кабачок! Помня о попытке поджога, дон Гэбри решил перегнать дирижабль в свое поместье, до дня представления проектов комиссии.

Мы совершаем пробный полет. Мне страшно до дрожи в коленках, но никто не поймет, если я откажусь. Это зароет мой свеженький, неокрепший авторитет в навозную кучу. Студенты люто завидуют и набились в гондолу пассажирами, хотя их никто не приглашал. Но и не выгнал, к моему сожалению.

Дон Гэбри на меня до сих пор не смотрит и сердито сопит.

Мы спорили над схемами, кричали друг на друга, как старые супруги. Но я настояла на более простой укладке приборов. У нас не восемь глаз, а перед каждым членом экипажа должны быть свои приборы, чтоб не стукаться головами, когда надо взглянуть на «свой» циферблат.

Мои вынесены на отдельную консоль, спускающуюся с потолка, я могу ее повернуть и передвинуть хоть влево, хоть вправо. Два передних места рубки занимают Габриэль и Саймон. Саймон довольно щурится и подмигивает мне.

Я украдкой сотворила обережный знак. Если буду смотреть в окно, меня стошнит. Буду смотреть только на стрелки приборов. Температура, заряд кристаллов, дублирующий компас. Основной у дона Гэбри, у него же работа турбины, скорость, высота. У Саймона данные по баллону.

Кресла удобные, упругие, с подголовниками, регулятором высоты и наклона. Стоили они ужасно дорого, пришлось выдержать битву, чтоб их заказать.

Будь воля дона Гэбри, он бы табуреты поставил из неструганного[A1] [A2] дерева. Никогда не видела мужчину, настолько равнодушного к собственному комфорту. Это вызов для бытового мага, который везде стремится создать уютную норку, хоть во дворце, хоть в землянке. С пушистыми тапочками и горячими вафлями с ежевичным сиропом на завтрак. Но, тем не менее, привез он меня в Берсебу в вагоне для аристократов и королевских родственников.

Просто сам он к этому совершенно безразличен, лишь выполняет требования к своему статусу. Маг, аристократ, крупный землевладелец, хозяин мануфактуры… от него зависит множество людей. Он не может себе позволить ехать вторым классом. Вдруг позолота с герба осыплется?

Вот и не поехал, а я-то приняла роскошь за исключительную галантность к моей персоне. А сам он и третьим бы запросто поехал, зарылся в газеты или толстый справочник, и читал всю дорогу, не обращая внимания на лязг, на духоту, на разговоры соседей по общему вагону.

При этом дон Гэбри совершенно не жадный. Когда я объяснила, что здоровая спина и шея очень важны при управлении «Покорителем небес», что удобство экипажа рождает безопасность пассажиров, то он без звука оплатил работу кузнеца, плотника и мебельщика. Те поудивлялись чертежу вращающегося мягкого кресла, но сделали все отлично.