Книга Там, где изба на курьих ножках..., страница 84 – Ария Блэт

— Я серьезно, — надулась Ягда.

Добран фыркнул.

— Ты за его тренировками изо дня в день следишь, — начал перечислять он. — Почти не издеваешься, да даже Ратибору чаще от тебя прилетает. На ручках у него побыть — так это только в радость, впрочем, как и под ручку через костер скакать. Да и с тем же купцом зачем было торговаться? А коль к нему ничего не чувствуешь, то почему бы не продать втридорога?

Ведьма слушала и то краснела, то бледнела. Она хотела было поспорить, сказать, что это не так, да только отчего-то слов подходящих не находила.

— Ну, а сегодня что произошло? Я же все видел. Кто бы другой к тебе так подошел — ты бы его вмиг подальше закинула иль шею свернула… Но продолжала стоять и даже не думала отходить. Ягда, ты хоть себя не обманывай.

Сердце пропустило удар и направилось далеко в пятки… Не могло же такого и в самом деле быть? Только не с ней.

И вовсе он ей не мил — с этой мыслью Ягда разлепила глаза, но слова сирина прочно засели в головушке. Вот и зачем Добран ей это сказал. Теперь с самого утра настроение превратное.

— Ведьмочка, завтрак готов, — раздался голос Сэви.

“Ведьмочка” натянула на себя одеяло.

— Ты же проснулась. Не хочешь вставать?

— Не хочу, — буркнула она.

— Что-то случилось?

От этого вопроса воспоминания о вчерашнем разговоре с сирином вновь нахлынули. Краска прилилась к щекам, благо она была под одеялом и человечишка этого не видел.

— Ничего.

Ведьма ощущала на себе настороженный взгляд, даже сквозь свое укрытие.

— Я тогда пошел на тренировку.

Ягда, не высовываясь, угукнула. Только услышав, как дверь за ним закрылась, девушка покинула свое убежище. В избушке, озаряемой первыми лучами солнца, было светло. На столе стояли пирожки, приготовленные с пылу жару и каша с молочком.

Лишь только она приступила к трапезе, как дверь раскрылась настежь.

— Ягдочка, ты уже встала?

— Да, — не прожевав ответила она.

— Я тебя на деревце ждала, но ты не пришла…

— Зачем?

— Ну как же… Ты же изо дня в день за человечишкой там следишь. Неужто повздорили?

— Нет.

— А что тогда?

Ведьма на нее посмотрела, да не вымолвила ничего. Она и сама не знала, почему же сегодня не пошла. Из вредности? Или из-за слов сирина?

— Ой, ты покраснела… — тут глаза подруги округлились по две монеты. — Неужели ты с человечишкой… В Иван Купала… — договорить навка не успела — в нее полетела подушка.

Да только это лишь подтвердило ее догадки, отчего Мирослава захихикала.

— Рассказывай! Как это было? Какие ощущения? Больно? Сколько?…

— Да ничего между нами не было! — взревела Ягда, которая сама не заметила, как пунцовой стала.

— Ну неспроста же ты покраснела… — не унималась навка.

Ягда тяжело вздохнула. Делать нечего — или она расскажет подруге, что было, или та себе ТАКОГО напридумывает… А если еще и «помочь» захочет…

— Ладно, слушай.

Она рассказала ей все события вчерашнего дня да о словах Добрана не забыла. Мирослава внимательно слушала, навострив ушки и кивала в такт.

— Вот неужели ты тоже считаешь, что мне человечишка нравится? — всплеснула руками девушка.

— Ясень пень.

— И ты туда же… — ведьма обречённо прикрыла лицо рукой.

— Ягдочка, ну ты с ним совсем другая становишься… И улыбаешься чаще… И смотришь на него совсем по-другому… И он тебя почти не бесит, хотя ты с ним много времени вместе проводишь… И…