Книга Там, где изба на курьих ножках..., страница 30 – Ария Блэт

— Вот же алкашня пошла…

— Да не алкаш я, а сказитель. Просто на меня сегодня ночью разбойники напали, обокрали, гроша ломаного не оставили… Вот я и с дуру напился, — начал оправдываться он.

— Сказитель, говоришь? — Ягда внимательно на него взглянула — хмельным он, конечно, выглядел, да на заядлого пьянчугу не похож.

Мужик кивнул.

— По миру странствую, да истории разные собираю, да людям их передаю…

— Вот что сказитель, — перебила его ведьма, — Ежели про короля черного мне расскажешь, я тебе золотой дам.

— Никто о нем много не ведает. Одни слухи… — сглотнул мужичок, — Говорят, он маг страшный, черный… И в армии его тьма-тьмущая всяких колдунов, вурдалаков, чертей и прочей силы нечистой… Наших дружинников в пух и прах громит на поле боя.

— А зачем ему наших дружинников громить? — удивилась Ягда.

— Так война ж…

— И давно эта война идет?

— Так уж третий год пошел… Неужто не слыхала? — изумился сказитель.

— Неа, — пожала плечами ведьма. Дела людские ее особо не волновали, покуда ее лично не касалась.

— Все что знал, я сказал, — он слегка покачнулся, видать еще с попойки не отошел.

Ягда без слов ему золотой кинула, да в сторону леса направилась.

— Почему тебя не волнуют слова Агафьи? — спросила ведьма у своего раба, когда они деревушку покинули.

— Какая разница? Ты все равно меня съешь, — то ли спокойно, то ли смиренно ответил раб.

— И то правда, — пробормотала Ягда.

Она топала по знакомым тропинкам, да все сильнее в думы свои погружаясь. Вот и зачем ей только Агафья про этого “короля черного” сказала? Может, она и как лучше хотела, то теперь ведьма все сильнее себя волнениями изводила. А вдруг, и вправду, из-за этого короля недоделанного падет? Что с ее лесом тогда будет?

“Он века простоит, да невзгоды все выстоит…” — всплыли слова ведуньи. Ягда облегченно выдохнула. Уж коли с лесом все будет в порядке долгие годы, тогда с остальным она как-нибудь разберется… А ежели не разберется, то и черт с ним.

Дни тянулись неторопливо. Раб потихоньку, помаленьку освоился. Теперь в избе царил порядок и даже уют. К удивлению ведьмы, готовил он не просто “сносно”, а превосходно и это все одной левой рукой… Вот только с каждым днем человечишка становился все молчаливее, да угрюмей. С Ягдой лишний раз не заговорит, только коли та спросит — ответит.

Добран как-то раз сказал, что это от безысходности он таким стал, не по нраву ему беспомощным быть, а именно таким он себя и ощущал. У купца человечишка пытался выжить, чтобы сбежать, и если б поздоровее был, у него бы это получилось. Но сбежать от ведьмы… Да еще и не владея магией с рукой правой… Невозможно.

Раб продолжал ежедневно из избушки выходить, бесцельно слоняясь по лесу. Он не пытался сделать карту, найти выход — просто ходил кругами, а порой дремал у сосны. Ягда особо против не была, так что продолжала делать вид, что о похождениях своего человечишки не ведает.

В лесу все мирно, да спокойно было. Волчья стая пополнилась шестью забавными щенятами. Деревья не болели, лишь нескольким Ягда ветки лечила, после ветров сильных. С началом теплой поры птиц прибавилось, так что ото всюду доносился веселый щебет соловьев со скворцами. Лишь белки с кедровками покоя не давали — из-за любого пустяка спорили, да звали Ратибора с Ягдой, которая уже раз двести о своем решении пожалела…