Онлайн книга «Код: Забвение»
|
Наброситься, перетерпев боль, еще может реально… Но убить с плазмой… Она скорее выжжет мозги. А за ним тянется не одно убийство. Один раз — случайность, а два раза — уже статистика… Может, у него психика подводит? Я перевела на него взгляд. Ладмин выглядит обычно вполне уравновешенным, при этом большинство предписаний для рабов соблюдает. Даже сейчас — аккуратно несет вещи, позади меня ровно на два шага, глаз от пола не отрывает… Есть, конечно, странности, когда он остается в своей комнате один. Может часами сидеть, забившись в углу. Иногда чуть ли волосы себе не выдирает. Зеркало в ванной до сих пор занавешено полотенцем… Но при мне ведет себя вполне прилично. Значит, контролировать себя может. Тогда в чем дело… Он не туп, чтобы не знать о последствиях убийств. Самозащита? Его дело стерто, но чтобы получить ранг Х нужно убить не одну сотню… Какая уж тут самозащита. — Положи вещи в зону багажа, дальше тебя проведут сотрудники. Билеты уже куплены и оплачены отцом. Я лишь изменила дату. — Как скажете, госпожа… — он ушел в указанном направлении. С фамилией Ле Шадо регистрация прошла быстро и без очереди. Никто даже и не думал меня задерживать. Наоборот, одной из первых посадили в зону бизнес-класса. У рабов же отдельная проверка, скан плазмы на отсутствие сбоев, инструктаж и надевание наручников. Сотрудники вводят их на борт отдельно ото всех, либо в отсек для рабов, либо к хозяину. Но в обоих случаях после полной посадки пассажиров. Ожидание затянулось, что часто тут бывает, и только спустя час лайнер двинулся. Медленно. Я даже на своем самом первом корабле так медленно не плелась. А мне было всего двенадцать… Ладмина наконец-то ко мне привели. Ожидаемо в наручниках. Вид у него был напряженный, пусть он и пытался это скрыть. Боялся отсека для рабов? Я кивнула ему на кресло возле меня. Он послушно сел. Наручники автоматически щелкнули, пристегивая его. Распространенная мера предосторожности на бортах. И это были простые наручники. С его рангом — обычная форма для перевозок. Но на его руках они смотрелись столь неправильно. Вид этого чужеродного метала вызывал отторжение… Но… Почему? Он же явно преступник. Что такого в этих наручниках? Я отвернулась к иллюминатору… Ну и что опять со мной-то такое? Я же сама столько раз надевала эти наручники. И не только эти, вообще-то есть модели и похуже… Уже молчу, сколько я их видела на других… Но в этот раз я буквально чувствовала неправильность их нахождения на нем. Правила есть правила. Я ничего не сказала. Ничего не сделала. Но при этом думала об этих чертовых наручниках всю дорогу. Как же это… Нелогично. Меня отвлек от этих размышлений тихий вопрос. — Мне разрешено говорить? — Да. Ему нужно было разрешение? Ну, пускай будет. И что дальше? — С вашего разрешения или без? Хм… С одной стороны, мне не нравится пустая болтовня и шум. А с другой даже интересно, что он будет говорить. И будет ли вообще… — Без. Все равно в любой момент могу запретить. — Спасибо… Он осёкся. Как оказалось, говорить он особо не собирался. Просто так уточнил? Я же ждала вопросов… Ну или попытки завести диалог… Все же не могу его понять. И еще страннее, что обычно разговоры меня утомляют. По большей части они состоят из воды и разглагольствований на несколько часов о сути, которую можно выразить одной фразой… И на это приходится тратить время… |