Книга Код: Забвение, страница 10 – Ария Блэт

— Клади в клориатор.

Он положил и даже сам додумался нажать на кнопку. Только потом ему явно стало не по себе. Не знает, оставаться стоять на ногах или опуститься на колени. А я продолжала смотреть. Видимо, смириада больше не действует. Это занимательно наблюдать за его метаниями. Но от сложного выбора его спасло мигание клориатора.

— Накладывай в тарелку. Бери ложку. Ставь на стол.

Выполнил все в точности, вплоть до порядка действий.

— Садись.

Сел на колени. Мда… Похоже, я переоценила его умственные способности.

— Садись на стул.

Все же наконец-то сел на стул.

— Ешь.

Он нерешительно зачерпнул ложкой суп. Если приглядеться, можно было заметить, как его рука подрагивала. Так боится? Или это от голода?

— Понял, как все работает?

Раб кивнул, не поднимая глаз.

— Когда проголодаешься, сам выходи и готовь себе есть. После этого обязательно убирай. Я ненавижу беспорядок. Если не будешь есть хотя бы один раз в день, я вставлю в тебя трубки и буду кормить так. Ясно?

Снова кивнул.

— С залом точно так же. Минимум один раз в день, есть желание — можешь чаще. Если горит лампочка красным, значит, я там занимаюсь, подожди, пока выйду. Это ясно?

И снова. Походил на болванчика, но никак по-другому ответить не мог. Интересно, что происходит у него в голове? Черт… Почему меня вообще это интересует? Но знать бы все равно хотелось. Я в открытую разглядывала его. Его чистые волосы были алыми прямо в цвет глаз. Высокие скулы, прямой нос, аккуратные губы… А что-то в их чертах и в самом деле похоже…

Раб старался есть бесшумно, не смотреть на меня, но я все равно ловила его мимолётные взгляды. Пытался меня разглядеть? В очередной раз наши глаза встретились. Он тут же уставился на еду.

А вот рука дрогнула. Ложка стукнулась о тарелку. Все-таки он стал дёрганым. Он всегда такой напуганный без смириады? Или это я его так пугаю? Да почему мне вообще на это не все равно?

Мне всегда было плевать на все и всех. Я с детства поняла, что отличаюсь от других. Не понимаю, что такое совесть и почему она должна у меня быть. Как можно кому-то сочувствовать или чего-то стыдиться… Почему люди чего-то боятся? Я даже боли не чувствую, а вот со злостью я хорошо знакома. И за всю жизнь было только одно исключение… Но последние дни творится что-то странное. Я будто стала что-то чувствовать. Что-то непонятное. Непривычное.

И единственное, что изменилось в моей жизни за эти дни, — появился этот раб.

17 лет назад

Прошло уже три дня. Никто так и не вспомнил о ее Дне Рождении. Впрочем, она привыкла. Всем было плевать. Абсолютно всем. Начиная от родного отца, заканчивая слугами. Даже те, кто помнил о нем, предпочли игнорировать. Корнелия слышала их разговоры. Их мерзкое хихиканье. Все в этом поместье делали вид, будто ее не существует.

Ей исполнилось семь. И за все семь лет ни одного поздравления она не получила. Никто даже о ней не волновался. И никому не было дело, когда она в ночи решила сбежать в лес. Ей хотелось хоть на минуточку привлечь к себе внимание. Чтобы хоть в ее праздник ее заметили. Но всем было все равно. Никто не спохватился. Никто ее не остановил. Никто не отругал. И никто не пошел искать.

Уже несколько часов Корнелия блуждала по темному лесу. Сначала она злилась. Потом ждала. А спустя ещё несколько часов поняла, что заблудилась. Дорога домой давно растворилась в гуще деревьев, а темнота ночи не давала увидеть просвета. Был только лес, небо и звезды. Девочка плюхнулась прямо на землю и заревела. Почему никто не пришел? Почему всем на нее все равно? Почему они делают вид, будто ее нет? Что она сделала не так? Хотелось иметь хоть кого-нибудь, с кем можно поболтать… Кого-нибудь, кто будет только ее. Ей хватит всего одного… Только одного человека.